Онлайн книга «Сокол»
|
Студенты — а именно с этой веселой компанией беглецы путешествовали последнее время — подвезли их на своем микроавтобусе до Орли, ну а уж там оставалось совсем ничего. Ехали под видом русских — кого же еще-то? По-французски, естественно, говорил один Макс, Тейя, переспрашивая, как всегда, много смеялась, а Бата, наоборот, всю дорогу молчал: стеснялся болтать в присутствии благого царя и царицы. Да, одежку ему на этот раз подобрали хорошую, удобную — майку с нормандским львом и черные холщовые шорты. Все бы ничего, да вот только резинка оказалось слабоватой — цептеровский ножик («добрый меч») выскакивал при ходьбе, зараза. Да… еще Бата все время норовил снять кеды и, связав их шнурками, повесить на шею. Такой уж был обычай в Черной земле, сандалии — вещь престижнейшую и дорогую — надевали перед входом в чей-нибудь дом, когда шли в гости, а всю дорогу несли их за спиной, привязав к палке. Тейя, правда, так уже давно не делала, но она была царица! Ей можно. А вот Бата… — Надень ке… свои сандалии на ноги, — поднимаясь, негромко приказал Макс. Тейя с улыбкой поддержала мужа: — В самом деле, а то люди уже косятся! — Слушаюсь и повинуюсь, о… — Эй! Эй! Только не вздумай бросаться наземь — сколько раз уже тебе говорить?! Еще раз бросишься — придется тебя, наверное, проклясть! — О господин мой, — при этаких словах Бата в ужасе отшатнулся и чуть было не заплакал. — Неужели я… — Цыц! Хватит болтать. Надевай быстрей кеды — и идем. Да, вот тебе пакет — положи в него ножик… ну этот, меч. — Куда положить, государь? — Вот в эту… мм… ткань… Ну или заверни хотя бы. Выйдя из сквера, свернули на бульвар Распай, по нему и пошли, никуда особенно не торопясь и глазея по сторонам с видом завзятых туристов. Впереди, взявшись за руки, неспешно шагали царь и царица — очень красивая пара: высокие, стройные, загорелые, с большими глазами и черными волосами, приятные, чрезвычайно приятные молодые люди — многие прохожие им улыбались и даже провожали взглядами. Макс был в джинсах и бежевой рубашке с многочисленными карманчиками и заклепками, его супруга щеголяла в короткой светло-голубой юбке и ослепительно белой блузке, естественно, безо всякого белья, никак не заставить было натянуть — неудобно. Ну и, конечно же, ожерелья с браслетами, те самые, что были взяты назад в сейфе Димона. Скосив глаза, Максим невольно залюбовался женой — ничего не скажешь, красивая девочка! И легкий ветерок трепал волосы, задирая юбку… юбку-то, конечно, можно было и подлиннее надеть, да и блузку — плотнее… Многие оборачивались… А! Пусть завидуют! Соломенноволосый Бата, ежась, ковылял позади с завернутым в пластиковый пакет ножом под мышкой. Старался не отставать от своих повелителей. Слава Осирису, от машин больше не шарахался — привык. А вот к ревущим скутерам относился нервно, то и дело хватаясь за ножик. Видно было, парнишка о многом хотел бы спросить, да что там — о многом — обо всем, что сейчас видел и чувствовал! Спросил бы — если б не боялся. Даже и в мыслях такого не было — тревожить царя и царицу расспросами. Кто они? И кто — он? Разница — понимать надо. — Поедем в большой железной змее? — покосившись на черную Монпарнасскую башню, спросила Тейя. — Помнится, в прошлый раз ездили — страх! Но — приятно. Бата, надеюсь, ты не будешь больше извергать из себя все съеденное? |