Книга Сокол, страница 331 – Андрей Посняков

— Эх, не ценишь ты людей, дружище! — поджал губы Максим.

— Так это разве человек? Демон! Хуже демона! Я велю Бате, уж он устроит так, что…

— Нет! Еще только не хватало мне проблем в тылу!

— Так никто ничего…

— Я сказал — нет…

— Бата большой специалист во всем этом. — Анхабец вдруг хитро прищурился. — Отгадай загадку, великий государь. Кто говорит «нет», не сказавши «да», чье «да» значит «нет», а «нет» — «да»? И как тогда узнать, где «нет», а где «да»?

— Да ну тебя со своими присказками, — поднимаясь с кресла, рассерженно отмахнулся царь. — Развел тут демагогию — нет, да, нет…

— Что развел, великий государь?

— Разгадывай свою загадку сам. Прощай. Навещу завтра.

Да, убить предателя Кафиура — пожалуй, это был бы самый лучший выход. Осторожненько так убить, будто бы случайно умер. Скажем, отравился вяленой рыбой или еще что-нибудь подобное… Впрочем, нет, нет! Этак и сам станешь, как они, как эти нелюди. И все же…

Так ничего пока и не решив, Максим отправился к себе в шатер…

К вечеру пришла Тейя — гуляла со служанками по берегу. Принесла стрелу: черную, длинную, чужую — уж точно не египетскую. Пояснила, тесно прижавшись плечом:

— Вражеская… Мальчишки собирали в камышах. Говорят, эти стрелы куда лучше наших.

Проговорив до полуночи, супруги уснули, а утром фараон был разбужен вестником.

— Что там еще случилось? — потягиваясь, недовольно спросил Максим.

— Воевода Кафиур убит, великий государь!

— Как убит?!

— Так государь… Шальная стрела захватчиков поразила его прямо в сердце. Они стреляли с барки — снова совершили вылазку — так ведь бывает, и часто.

— Шальная стрела, говоришь? Что ж… мы похороним сего вельможу достойно. Я лично прослежу за сохранностью тела.

Поклонившись, вестник покинул барку, а фараон отправился обратно в шатер. Уселся на край ложа, погладил по плечу супругу. Та приоткрыла глаза, потянулась ласковой кошкой:

— М-м… что ты так смотришь, милый?

— Хочу спросить.

— Всего лишь спросить? Я думала, ты чего-то другого хочешь… Ладно уж, спрашивай.

— Что за мальчишки искали на берегу стрелы? Не было ли среди них одного, светленького?

— Светленького? Гм… кажется, был.

Стоя на высокой корме «Повелителя ветра», Максим смотрел на заходящее солнце и чувствовал, как грудь словно сжимают невидимые тиски. И чем дальше корабли уходили на юг, тем это чувство становилось все сильней и сильнее, так что почти невозможно уже было терпеть.

— Что с тобой, муж мой? — подбежав, обняла повелителя Тейя. — Ты так бледен… нет, скорее — желтоват. Что-то с печенью?

Макс пожал плечами:

— Не знаю. Давит что-то в груди. Кстати, и у тебя не очень-то здоровый вид. Не выспалась?

— Меня тоже давит что-то, — тихо призналась царица. — И чем дальше — тем больше. А еще снятся сны… Словно бы мы с тобой уже в стране Кефтиу. Нам там хорошо и радостно, всюду цветы, песни, танцовщицы…

— Ну надо же! — Фараон удивленно вскинул глаза. — И мне уже не раз снилось подобное. Думаю, неспроста все это, ой неспроста.

— Может, ляжем сегодня пораньше?

— Нет, — резко возразил Максим. — Ты сама знаешь, что будет ночью. Хотелось бы проследить за всем лично. Что же касается тяжести… я почему-то думаю, что она скоро исчезнет.