Книга Сокол, страница 314 – Андрей Посняков

— Так, государь. Финикийцы давно сносились с осажденными. И ждали только знака.

— Ты говоришь, Хемуру умер во время пыток?

— Умер, увы!

— Так ты, значит, умеешь пытать людей?

Мальчишка поклонился:

— Я много чего умею, мой господин. Но лучше всего — убивать.

И взгляд юного агента, и выражение лица его вдруг показались царю каким-то хищными, змеиными. Да-а, хороших людей подобрал себе анхабец! А ведь и в правду — хороших.

— Ладно, со стариком — все, — немного подумав, негромко произнес фараон. — Но есть еще какая-то подозрительная женщина и парни…

— Вдовица Нефтиш, государь. И Шаку с Переком — эти двое явные лазутчики, кроме того, промышляют и торговлей людьми… — Бата неожиданно улыбнулся. — Я уже предложил им свои услуги. Сказал, что знаю пару красивых девчонок-беженок, которых можно заманить и выгодно продать людям пурпура.

— Ты действительно знаешь этих девушек?

— Да, государь! Как можно врать в таком деле? Шаку с Переком — далеко не дураки и все проверят.

— Хм… — Ах-маси-старший качнул головой. — А вдовица? Что скажешь о ней?

— О ее зеркале ты хотел спросить, господин? Пока не знаю. Но завтра же наймусь к ней в услужение. Слыхал — она ищет расторопного слугу.

— А если кто-то наймется к ней до тебя?

— Здесь много старых каменоломен, мой государь. Можно невзначай переломать ноги.

Фараон снова усмехнулся — ну и фрукт этот парень! И спросил:

— Сколько же тебе лет, Бата?

Сей нехитрый вопрос неожиданно загнал мальчишку в тупик.

— Мм… — Юный агент поднял глаза к небу, точнее — к пологу шатра, — немного помолчал, что-то про себя шепча, и, смущенно улыбнувшись, ответил, похоже что честно: — Не знаю, мой господин. Может быть, двенадцать, а может — четырнадцать… Может, и больше. Не помню. Я был рожден светлокожей рабыней и поменял много хозяев.

Повелитель Уасета кивнул:

— Ладно. Ступай, Бата, занимайся порученными тебе делами. Воистину они очень важны для нас.

Поклонившись, мальчишка вышел, и фараон в изнеможении завалился на ложе. Устал! От всего устал. От ночной битвы, от смертей, от этой беседы… Хм… Лихо придумал лазутчик Хемуру! Занятие для детишек. Никто и не подумал бы ничего такого. Просто пускал себе кораблики… Кораблики с черными парусами. Результатом чего стали разгром флота и тяжкое ранение Ах-маси. Эх, Ах-маси, тезка, — воистину, помогут ли тебе боги?

Найти предателей. Это было сейчас важно, очень важно, иначе к чему тогда планомерно вести осаду? Если враги будут знать все, будут получать продовольствие и подмогу? Бата сказал: вдова и парни. Нефтиш и Шаку с Переком. Насчет вдовицы еще все было не ясно, а вот парни — те явно давно уже шпионили. Их нужно было бы взять осторожно, и даже, может быть, пока вообще не брать, ведь неизвестно, к кому именно тянулись от них ниточки. А они, эти ниточки, были — ну откуда могли знать о планах командования Уасета какие-то там местные людишки? Они лишь обеспечивали связь, информация же шла с самого верха. В который раз уже молодой фараон думал об этом, даже не представляя себе, насколько сильно разрослось в самых верхах поганое семя предательства и измены. Хотя и раньше можно было обо всем догадаться, да и догадывались — а что толку? Пожалуй, нельзя было назвать никого из старой знати — вельможных князей-номархов, владетелей крупных поместий, жрецов, — кто бы не мог быть связан с захватчиками. Никого, за исключением Ибаны, властелина Анхаба, да еще нескольких вельмож, давно уже верно служивших царям Уасета. Перечесть тех, кто был вне подозрений, можно было буквально по пальцам. Всех остальных следовало подозревать!