Онлайн книга «Сокол»
|
— Что ж, придется иногда их пропускать, — выкрутился Ах-маси-младший. — В определенное время. И за определенную плату. — С платой ты брось! — тут же перебил фараон. — Мы все-таки освободители, а не жадные захватчики, алчно подсчитывающие прибыль. А вот пропуска, пожалуй, можно ввести… Выдели на это самых умных людей, Ах-маси. — Великий государь! Самые умные у меня уже задействованы по твоей же просьбе! Старик и мальчишка. Ну, помнишь, я говорил? — Хорошо, я поручу это другому. Анхабец жалобно хлопнул глазами: — Прошу, не гневайся на меня ради Амона! У меня пока не так уж и много умных людей. В смысле — таких, кому можно было бы полностью доверять. Засмеявшись, властитель Обеих земель покровительственно похлопал дружка по плечу: — Ладно, ладно. Когда это я на тебя гневался? Твои люди пусть займутся рекой и протоками, а пропуска я поручу Рамосу или Кафиуру. — Только не Кафиуру, мой государь, — оглядевшись по сторонам, понизил голос анхабец. Они разговаривали, стоя на берегу широкого рукава Хапи, за которым поблескивала синяя гладь озера Пацетку, поросшего густым зарослями тростника и камышами. Там, на озере, водилось немереное количество уток и рыбы, и царь знал, что осажденные частенько практикуют тайные ночные вылазки за добычей. Точнее — практиковали до последнего времени. До сегодняшней ночи, когда были выставлены постоянные секреты. Осада так осада — по всем правилам! Повелителя Черной земли видели сегодня во многих местах: на берегу, на реке — на барке, на озере в тростниковой лодке, в рощице и у развалин храма Птаха. Правитель побывал везде, чтобы лично убедиться, что все идет по плану. Ни одна мышь не должна была проскользнуть к осажденному городу или выскользнуть из него наружу! Оставались лишь тайные протоки, к которым — как сильно подозревал фараон — вели подземные ходы. И еще волновал вопрос: откуда захватчики вообще получают поддержку? Ну, не с окрестных же поселений? Скорее всего — с востока, оттуда, откуда когда-то пришли, покорив Черную землю и обложив ее тяжкой данью. Ничего, теперь уже никто ее не платит. И не будет платить никогда, если… если удастся раздавить гнойный нарыв Хат-Уарит! К ночи Ах-маси-старший почувствовал себя настолько утомленным, что даже лег спасть пораньше, приказав никому не беспокоить его без особой надобности. Навевая сон, царская барка мерно покачивалась на волнах. В черном небе сверкала медным тазом луна в окружении россыпи ярких звезд, на плесе плескала рыба, и где-то рядом, на берегу, рассерженно кричала дикая кошка. А молодому царю снилась жена — юная, грациозная и красивая, как никто другой. Обнаженная, она танцевала в храме Хатхор, прямо перед идолом Рогатой богини. По стенам святилища тускло горели светильники, и их дрожащий свет отражался в браслетах и ожерелье танцовщицы, в узеньком золотом пояске на ее стройных бедрах. — Тейя, — улыбаясь, шептал во сне Ах-маси, — Тейя… Любимая… А еще снился флот! Флот союзников. Огромный морской флот. И гористая страна посреди Великой зелени. Остров. Город без стен. Дворец со странно перевернутыми колоннами. Страна Кефтиу. Откуда бы такой сон? Словно бы кто-то специально его насылал… Фараон проснулся от шума! Кто-то бегал, кричал. С шумом врезались в воду весла. И — что это? Звук боевой трубы?! |