Онлайн книга «Сокол»
|
— Как красиво!!! — Подняв повыше светильник, Ах-маси не смог сдержать восхищения. — Какие великолепные колонны, росписи, целые картины! Смотри-ка, жена моя. Вон — охота. Тут — рыбалка… Нет, вранье! Такой крупной рыбины мой брат отродясь не ловил! Тейя засмеялась: — Ловил, ловил, он рассказывал. — Ну, мало ли что он там рассказывал… — Ладно тебе спорить! Глянь-ка лучше вон на ту стену. Видишь, пир! Ах-маси посветил, всмотрелся… и губы его сами собой растянулись в улыбке: — Ха! Вон Ка-маси… Какой важный. А вон матушка. Каликха… жрец Усермаатрамериамон, а рядом с ним кто? Похож на военачальника Усеркафа? — Так он и есть. Видишь шрам на щеке? А вон и мы с тобой, у колонны. — Точно! — Фараон улыбнулся и тут же притворно нахмурился. — Это ты тогда была в таком прозрачном платье? Смотри-ка, все тело насквозь просвечивает! — Ну и что? Пусть все завидуют — какая у тебя красивая жена. Тогда, кстати, тебе нравилось. — Мне и сейчас нравится… Впрочем, кажется, не одному мне. — Ах-маси шепотом прочел иероглифические надписи: — «Какая красивая супруга у брата Великого Царя!» «Воистину, она подобна луне!» «Молодость ее подобна красоте ее». — Ой, как хорошо сказано, — ухмыльнувшись, заметила Тейя. — Приятно такое читать, а? Что скажешь? — Да уж. Приятно. А где, кстати, тут мой старый приятель Ах-маси пен-Анхаб? Что, его тогда не позвали? Усеркафа из Анхаба позвали, а его — нет? Не может такого быть. — Не может. Ты просто плохо ищешь! Ну-ка, посвети… Сюда, сюда… Ага! Вон он, твой дружок, — где гусь с кошкой дерутся. Скрючился, бедняжка, видать, перепил. Ой, ой, бедолага — извергает из себя все, что съел и выпил. И написано — «Не буду больше пить, клянусь Гором!» Он выполнил клятву-то? — Похоже, что нет. Ну и художник. Что он тут изобразил! — Ах-маси нахмурился. — За такие картины велю бить его палками. — Зачем? Ка-маси такие рисунки понравятся! — Думаешь? — Точно понравятся, тут и думать нечего. Вон и девчонка его… танцовщица… — Да тут много танцовщиц. Все голенькие. — Ишь, заинтересовался! Повернувшись к мужу, Тейя обняла его за плечи: — Ты еще не сказал, нравится ли тебе мое новое платье? — Платье? Ах да… Опустив светильник на черную базальтовую плиту, место для саркофага, юноша нарочно отодвинулся от супруги — рассматривал. Что и говорить, красивое было платье! Голубовато-зеленое, сшитое из невесомой полупрозрачной ткани, называемой «сотканный воздух», оно хотя и не обнажало полностью грудь, но отнюдь ее не скрывало, скорее — подчеркивало, обволакивая прелестное тело мерцающей дымкой. К тому же имелся еще и длинный, от бедра, разрез. Сверху, поверх широкого ожерелья из золота и драгоценных камней — ускха, был накинут легкий золотисто-белый плащ из точно такой же ткани. Наряд дополнял узенький золоченый пояс с цветными фаянсовыми подвесками-амулетами, в основном зелеными и голубыми, посвященными различным богам, а еще роскошные, украшенные разноцветной эмалью серьги и такие же браслеты на руках и ногах. — Не платье — мечта! — с улыбкой оценил Ах-маси. — Ах, муж мой. — Поведя плечом, Тейя вздохнула. — Клянусь Хатхор, воистину, ты стал оказывать мне мало внимания в последнее время. Что случилось? Ты меня разлюбил? Нашел другую? — Что ты, что ты! — горячо возразил юный царь. — Как я могу разлюбить тебя?! Тебя, которую… какую… А, не буду больше ничего говорить! Буду действовать! |