Книга Поручик, страница 130 – Андрей Посняков

— Не только тащить. Их еще и сверху как следует замаскировать надо.

— Сверху? Это ж от птиц, что ли, выходит?

Поручик приосанился:

— От птиц, не от птиц, а в приказе про то сказано! И еще не забудьте на старом месте шутейную батарею поставить! Ну, в том помогут… пришлют плотников.

— Плотников… – Ошарашенный капитан, не зная, что сказать, лишь вскинул брови.

— Мне бы с караульными вашими поговорить, – между тем протянул Антон. – Хоть вон у тех кусточков… Пришлите мне тех, кто посмышленей.

— У меня, поручик, все смышленые! Артиллерия – чай, не пехота!

Ну, капитан… Уел! Что уж тут скажешь?

Немного подобрев, капитан прислал караульных – двух молодых (ровесников Антона) парней и одного пожилого капрала, судя по виду, тянувшего солдатскую лямку уже лет двадцать, если того не более.

Ничего конкретного караульщики, увы, не сообщили – в небе ничего не видели, окромя птиц.

— Летал тут намедни коршун. Видать, перепелов караулил… Да рази ж нам есть времечко в небо-то смотреть, вашбродь?

— А жужжание? – не отставал Антон. – Никто в небе не жужжал? Ничего такого не слышали?

— А ведь жужжали! Зудели этак… – припоминая, пожилой капрал смешно наморщил нос. – Осы аль пчелы дикие… Мы даже робят посылали – гнездо по кустам искать.

— И как? Нашли гнездо-то?

— Не, вашбродь, не нашли. Да и пчелы больше не жужжали. Третьего дня только и были…

Третьего дня.

— А что тогда с погодой? Кажется, штиль?

— В точности так, вашбродь, штиль. Тишь да гладь кругом.

Потому дрон и услышали. А так ведь, если высоко летит, так ветер да волны шум двигателей заглушат запросто. Вот никто и ничего… Впрочем, хоть кто-то что-то услышал.

И откуда здесь можно незаметно запустить дрон? Да мало запустить – еще же нужно и управлять им. По волновой связи или уж скорее – по кабелю…

С озерка можно вполне! Там камыши, скрытно… В камышах и сесть… на плотике… Что ж, возможно, возможно… Может, зря с перемещением батареи поспешили? Перестарались. Если уж здесь все осмотрено-сфоткано, вряд ли дрон появится еще раз… Здесь – вряд ли… А где-нибудь рядом? Вдруг оператор заметит какие-то изменения? Может такое быть? Вполне. Значит, не зря все, не зря!

Драгуны, коих поручик опросил чуть позднее, тоже слышали странное жужжание. Хотя странным-то оно им не показалось – пчелы или осы, подумаешь, эка невидаль, никто и внимания-то особого не обратил. Никто и не вспомнил бы, коли б Сосновский специально про жужжание не спросил. Вот тот же Николенька Самусев и вспомнил.

— Жужжали, жужжали, Антон Авдеевич! – рассмеялся корнет. – Правда, не покусали, видать, ветром сдуло… Хотя ветра тогда не было – штиль.

— А в какой стороне жужжали-то? – все же не отставал поручик. – Проедемся, покажешь?

Николенька просиял лицом:

— Да с удовольствием, Антон Авдеевич! Тем более с вами-то. Вот только с караула сменюсь. Подождете?

А что же и не подождать? Чего же и нет-то? Коли уж приехал… Честно сказать, Антон уже подзабыл все мерзкие безобразия младшего Самусева, эти его отношения с крепостными девчонками… Брр! Тоже еще – режиссер! Погорелого театра, ага.

А ведь лоботряс и бездельник Николенька здесь, в полку, прижился – и это было видно. Бравый, подтянутый и веселый, с вечно румяным, несколько простодушным лицом, юный корнет быстро подружился со всеми и службу нес старательно, без всякого фанфаронства. Сосновский специально интересовался – командиры корнета хвалили.