Книга Око Тимура, страница 94 – Андрей Посняков

Иван потянулся, зевнул. А хорошо он придумал в Антиохии с таверной! Вот, правда, в Магрибе оказался не по своей воле – хоть именно туда и хотел попасть. Ну вот он, Магриб, совсем рядом, быть может, километрах в пяти… Только вот попробуй, доберись до него. Помоги, Господи! Боже, а не Рождество ли сейчас? Или – сочельник? Ну по крайней мере – пост, жаль, не соблюдал его в Антиохии, не до того было. Зря не соблюдал – теперь вот поневоле приходится поститься. Интересно, заменяет ли сырая рыба «сочиво» – размоченные в воде зерна? Господи, прости грешника…

Раничев истово перекрестился. Похоже, пока Господь хранил его…

«Дети Баала»… Или – Ваала, что, в общем-то, все равно. Древний бог Карфагена, вернее, основавших его финикийцев-пунов. Иван попытался припомнить, что он вообще помнил о том времени и об этом боге. Припоминалось плохо – хоть и был историком, да занимался в основном русским Средневековьем. Чему в институте учили, уже почти и забыл все, ну конечно, Пунические войны помнил и фразу «Карфаген должен быть разрушен». Вот, в общем-то, наверное, и все. Да, кажется, Ваалу приносили в жертву детей – мальчиков-первенцев. Сжигали в специальных сосудах. Некоторые явно не отличавшиеся особым почтением к богам родители подменяли своих детей на детей рабов. Так, кажется, поступил и отец знаменитого Ганнибала Гамилькар Барка. Так что же, «Дети Ваала» возродили этот кровавый культ? А куда же смотрит святая инквизи… Тьфу! Никуда она не смотрит, нет здесь ее, не дотянулись лапы! Ислам… Тоже, кстати, весьма неодобрительно относящийся к подобного рода сектам. Может, выдать их, к дьяволу, какому-нибудь мусульманскому судье-кади? Можно… Только сначала их отыскать надо да перетолковать кое о чем. Отыскать… Да-а… Задача не такая уж и простая. Может быть, они проводят свои сборища на развалинах древнего Карфагена? Или в каких-нибудь других развалинах, их полно в Ифрикии-Тунисе.

Погруженный в мысли, Раничев и сам не заметил, как заснул. На этот раз ему ничего не снилось. Покачивая плот, мерно плескались волны, стало холодней, но завернувшийся в кафтан Иван не чувствовал холода. Спал. А когда проснулся… Прямо на него шла галера с торчащим впереди тараном в виде оскаленной морды льва! Мерно шевелились весла… Заметив Раничева, кто-то крикнул. Отвалила привязанная к корме шлюпка.

— Ну вот, наконец-то, – усмехнулся Иван. – Явились, не запылились. Могли б и пораньше… Интересно, кто вы? Наверное, венецианцы… Эй, рагаццо! Не так близко – развалите мне весь плот. А я ведь положил на него столько труда.

Галера – изящное, украшенное затейливо резьбой судно – медленно разворачивалась боком. Прищурив от утреннего солнца глаза, Раничев приложил к глазам руку… и вздрогнул, разглядев на корме…

…зеленое, с вытканным золотым полумесяцем, знамя.

Вспомнив это, Раничев вздохнул и, поправив цепь, чтоб не мешала работать, вновь взялся за кирку. Несмотря на то что было не очень-то жарко, пот градом стекал с него, словно с бегущего дистанцию марафонца. Да, труд в каменоломнях Алжира был не из легких. Кроме Ивана в душной яме, скорее даже – небольшой шахте на самом краю выработки, звеня цепями, трудились еще три десятка невольников, остальные работали снаружи. Боже, как же здесь было душно! Можно себе представить, что будет твориться летом, вернее, уже весной, месяца через два, а то и раньше, когда жаркое алжирское солнце снова опалит скалы.