Онлайн книга «Перстень Тамерлана»
|
Крышка отворилась быстро – Иван, конечно же, не успел взобраться на плечи своему сотоварищу по несчастью. Голосок сверху раздался дребезжащий, тонкий, совсем непохожий на голос стражника. Раничев даже вздрогнул – сменили часового? Вокруг стояла темень, хоть глаз коли, сквозь приоткрывшуюся наверху щель были видны звезды, на фоне которых выделялся черный силуэт неведомого гостя. — Боярин батюшка напоить вас велел, водицею. – Об землю ударилась баклага. – После спущу веревочку – привяжете, как изопьете. Веревочку он спустит… Есть тут уже одна веревочка. Интересно, где неусыпный страж бродит? Раничев прислушался. Наверху послышались вдруг чьи-то торопливые шаги, угрожающий шепот… Ругань. Дребезжащий оправдывающийся голосок. Затем звук удара – кто-то кого-то треснул, видимо – по шее, после чего щель расширилась и в желтом свете звезд замаячили уже две тени. — Водицы не испили еще? — Не, не успели, – ответил Ефим, нащупывая в темноте флягу. – Не отыскали еще баклажку-то, видно, в угол закатилась, сейчас, пошаримся… — И не ищите! Вниз неожиданно упала лестница. — Подымайтеся! – громким шепотом приказали сверху. Раничев с Ефимом не заставили себя долго упрашивать – вмиг выбрались наружу… перед ними стоял небольшого роста мужик с косой бородкой… тот самый, что встретился Ивану на телеге, а потом, уже в скиту, прислуживал сыну главного старца. Интересное кино получается… И очень подозрительное. Впрочем, сейчас рассуждать было некогда. — Идите за мной, да побыстрее, – шепнул мужичок. – За амбаром пригнитесь. Так и сделали. Ночь стояла ясная, теплая. Пахло свежей травой, навозом, парным молоком и еще чем-то деревенским, легкий ветерок покачивал листья деревьев, черные в призрачном свете звезд. Где-то совсем рядом скворчал сверчок, мычали во хлеву коровы, а над самой церковью висел узкий золотистый месяц. Меж церковью и частоколом тянулся обширный двор, словно бы вымерший, у закрытых ворот, в башенке с луковичной крышей, маячила темная фигурка стража. Интересно, а куда тот стражник делся, любитель песен? Ладно, об этом подумать и потом можно, будет еще время… если, правда, будет. Пригнувшись, Иван с Ефимом быстро пробежали вдоль самого частокола за своим провожатым и очутились в небольшом закутке, меж двумя амбарами, где возвышался небольшой сруб с круглым колодезным колесом. — Полезайте. – Кособородый кивнул на сруб. — Окстись! То ж колодец. — Полезайте, говорю! Там, до воды не долезая – лаз, увидите… Выйдете к реке, дальше мимо болота, да в лес, к Хлябкому… там пройдете. У остальных деревень – засады. Ну, поспешайте же! — Спасибо, – сиганув в колодец вслед за Ефимом, поблагодарил Раничев. Выяснить что-либо о неожиданном спасителе, похоже, не представлялось возможным. Ну и черт с ним… — В Хлябком передадите поклон Онфиму, – уже в колодец громко прошептал кособородый. — От кого поклон-то? — От… Он знает, от кого. — А зачем… — После узнаете. Идите. Путь чист! — Путь чист, – пожав плечами, повторил Иван. Стены колодца поросли мокрым мхом, внизу, под ногами, тихо плескалась вода. А вот и лаз – не обманул кособородый – узкий, едва пролезть… Раничев не сдержался, ойкнул, зацепившись плечом, и, встав на колени, быстро пополз за Ефимом. Ползли долго, казалось – целую вечность. Ход то сужался, так что еле-еле можно было пролезть, то снова расширялся, уходя куда-то книзу. Вокруг окружала сырая промозглая тьма, настолько плотная, что можно было бы, пожалуй, ползти и с закрытыми глазами, и впереди ничего не светлело, никакого выхода, словно бы подземный ход этот вел прямо в преисподнюю! Иван испытал даже острый приступ клаустрофобии, потом успокоил себя – а выход ведь и не должен светлеть, ночь! Они выбрались из лаза внезапно. Раничев услышал вдруг, как впереди что-то зашуршало, да и сам вдруг уперся в густые колючие заросли, похожие на терновник. Собственно, наверное, это и был терновник… |