Онлайн книга «Демоны крови»
|
Со вздохом пройдя мимо «Оки», Миша привел себя в более-менее приличный вид, вернул из кармана на руку часы и, взглянув на стрелки, присвистнул: пора было уже двигать к моргу! Туда и направился, спросив дорогу по очереди у трех граждан. Первая — немолодая, замученная жизнью и бытом женщина — в ужасе отшатнулась, вторая — помоложе — недоуменно пожала плечами, зато третий — ушлый старичок-доминошник в летней старомодной шляпе и коротких брючках со стрелочками, охотно подсказал и даже вызвался было проводить: «Я, молодой человек, всю жизнь в медицине отработал!» Ратников поспешно отказался: — Спасибо, отец, дальше я уж как-нибудь сам. Старичок лишь с некоторой обидою пожал плечами — ну, сам так сам. Больничный комплекс Михаил отыскал сразу, а вот морг… Тут, оказывается, их было два — морга. Один — новый, другой соответственно — старый, и все их путали, даже явные медики, люди в белых халатах. День между тем уже явно клонился к вечеру, вообще, время пролетело как-то незаметно, Миша даже не мог понять — а как вообще так произошло? Вот, только что был день, а вот уже — вечер, и солнце уже скрылось за крышами домов, а бледная луна повисла над старой поликлиникой с обшарпанным крыльцом и покосившимися фонарными столбами. На крыльце сидели бродячие коты самого потасканного и облезлого вида и, щурясь, смотрели на последних, покидающих медицинское учреждение пациентов. Подходя к моргу, Михаил, как научили, обогнул его слева и, зайдя с противоположной от обычного, предназначенного для торжественного выноса покойных входа, очутился перед замызганной дверью с табличкой «Бюро судебно-медицинской экспертизы». Рядом, напротив крыльца, словно ожидающий хозяина верный конь, притулилась знакомая «нива». Ну наконец-то! Ратников уже взялся за ручку, но вдруг застыл. Из глубин морга явственно доносилась песня! Что-то типа «Скакал казак через долину» или «Ромашки спрятались, поникли лютики». Нет, все же это был «Батяня-комбат»! Миша с осуждением покачал головой: ишь ты, затейливо люди отдыхают — еще и рабочий день едва закончился, а они уже дошли до песенной стадии. Впрочем, может быть, у них, у медиков, именно так и принято? Ратников вошел в коридор, гулкий и темный, и громко позвал: — Эй, есть здесь кто-нибудь? — Нет, тут никого нет! — с веселым смехом откликнулись из-за выкрашенной белой краской двери. — А вам кого надо-то? — Да мне бы участкового… Вроде машина стоит. — А! — дверь распахнулась и в коридор выбежал Димыч. Без галстука, в расстегнутой рубахе, красный. — Заехал вот, за бумагами… А тут у них праздник! Григорьичу день рождения, главному. Неудобно отказываться. — Дима, кто там? — закончив петь, гулко спросили из-за двери. Такое впечатление, что прямо из прозекторской. — Это приятель мой… заехал. Хороший человек. — Так раз хороший человек, пусть заходит! Чего на пороге стоять? — Пошли, Сергеич, а? — участковый умоляюще сложил на груди руки. — Посидим чуть-чуть и… Очень уж мне не хочется их обижать… да и вообще… — Вот-вот, не надо нас обижать, Дима! Так вы идете там или нет? Ратников ухмыльнулся и махнул рукой: — Ладно, пошли, коли зовут. Посидим немного… «Оку»-то я отыскал, теперь на ней и поеду, тебя вот сопроводить просил бы — не захватил документов. — Ничего! — довольно улыбнулся Димыч. — Не переживай, сопровожду… сопроводю… сопрово… В общем — поедем. |