Онлайн книга «Меч времен»
|
— А я слыхала, уж совсем-то малых водяник не берет, — Марьюшка вышла из шалаша, села рядом. — Только тех, кто уже в разуме. — И где это ты слыхала? — Михаил просто так спросил, поддержать беседу, на самом-то деле не особо-то его и интересовали всякие там предрассудки и пережитки язычества, другими мыслями голова забита была. — На торжище как-то болтали, — обняв себя за коленки, пояснила девушка. — Я слыхала. — Смотрите там поосторожней, в пути-то, — Миша посмотрел на ребят. — Дорога трудная. Пригладив рыжие вихры, Мокша пренебрежительно отмахнулся: — Да чего там трудного-то? Все по рекам. С ладожским гостем — до Ладоги, потом — тиунами да биричами — к погосту Пречистенскому, ну и дальше… У нас — грамота! Чай, не изгои, попробуй, обидь кто? В княжьем суде живо найдем правду. — Так-то оно так… — протянул Миша. — И все ж тревожно. — Ты за себя лучше тревожься, — ухмыльнулся Авдей, пробуя из котелка уху большой деревянной ложкой. — Мы-то — вместе, а ты-то один пойдешь. Да по зимникам! — По зимникам скорей доберется, — заметил Мокша. — Ну, опять же — не один, а с биричами да приставами. Они как раз за дачей явятся — с каждого погоста собирают. Для Новгорода Господина и для князя — суд-то в Обонежском ряде — его. — Ты еще про софийских чернецов не забудь, — Авдей, обжигаясь, подул на ложку. — У них там тоже землица имеется. — Да уж. Кого там только нет! Это только кажется, что край далекий, дикий… Михаил отошел к реке… и вдруг услыхал плеск — весла! Присмотрелся, увидев в свете луны черные силуэты челнов. Быстро повернувшись, подбежал к своим: — Парни! Костер тушите! — А что там, плывет кто? — Да уж. Затушив костер, припрятали в шалаше ушицу, и, оставив там же Марьюшку, затаились на берегу, в ольшанике. Любопытно было — кого там по реке несет на ночь глядя? Рыбаки? Может быть. А может… кто знает? Два челна приблизились к берегу. Гребцы подняли весла. Причалят? Не хотелось бы… Послышались чьи-то грубые голоса — над водой прокатилось гулкое эхо. А челны полны людей — даже в лунном свете видно, как глубоко сидят. Правда, все остальное видно плохо — зыбко так, призрачно. Немного проплыв по инерции, челны застыли прямо напротив прятавшихся в ольховых зарослях беглецов. Постояли… Кто-то что-то прокричал. Снова вспенили воду весла… — Слава Господу, не к нам, — перекрестился Мокша. — Подожди еще. — Авдей отозвался тревожным шепотом. — Там, вверх по реке, удобная коса есть — пристать. Отсель недалече — высадятся, потом сюда придут. Недалече. — Да что им тут делать-то? — негромко возразил Михаил. — Челны-то — груженые, плывут куда-то по своим делам. Чего им сюда приставать, даже если и костер заметили? Хотя не должны бы заметить, в яме-то… Да и так — ну, костер и костер. Рыбаки! Еще немного посидев на берегу — а вдруг да вернутся челны? — парни отправились к шалашам, обратно. Спасть пора, время позднее, тем более — завтра кое-кому в путь неблизкий. — Да уж, путь, — негромко хохотнул Авдей. — В ладье-то сидеть — не пешком топать. Чу!!! — Парень тут же насторожился. — Кажись, голоса! — Голоса? Все трое насторожились, прислушались… Показалось? Нет, точно! Кто-то, переговариваясь, шел прямо через кусты. Сколько-то человек… Двое? Трое? Пятеро? — О! — сделав пару шагов, явственно услышали парни. — Я ж тебе говорил — ушицей пахнет! Вон и шалаши… Хо! Да тут девка! |