Онлайн книга «Капитан-командор»
|
— О, да тут и не заперто! — обрадовался молодой человек. Месье Дюпре хмыкнул: — От кого запирать-то? У нас ведь тут гугенотов нет, все добрые христиане-католики. Хотя сейчас такие времена, что и не скажешь, кто для нашего доброго короля хуже — то ли разбойники-гугеноты — камизары, как их еще называли, небось, слышали — то ли католики янсенисты. И те, и другие нехороши! Янсенисты, камизары… Что-то такое Андрей — как историк да и вообще кандидат наук — слышал, но так, смутно, поскольку к теме его диссертации об участии крестьян-отходников Тульской губернии в революции 1905–1907 годов ни те, ни другие не имели никакого отношения вообще — абсолютно. Однако в здешних реалиях подобное знание могло внезапно сделаться необходимым — ведь кто знает, с кем придется столкнуться и как с ними себе вести? Но… об этом, верно, лучше расспросить Бьянку. — Ну что, зайдем? — оглядевшись вокруг, деловито осведомился ополченец. — Раз уж дверь не заперта. — Конечно, зайдем! — охотно кивнул Андрей. — А как же? Скрипнули петли… Проникавший сквозь щели сарая зыбкий дневной свет, еще не успевший напитаться уже кое-где проглядывающим сквозь прорванные небесной синью облака солнцем, выхватывал из пыльной полутьмы развешанные по стенам хомуты, сельхоз-инвентарь — грабли, лопаты, метлы, — предназначенный, как видно, для уборки, какие-то старые рассохшиеся бочки, ящики, доски. — А вот здесь и посмотрим! — Громов пристукнул по одному из бочонков ладонью. — Почему именно здесь? — обернулся милицейский начальник. — Потому что тут пыли меньше. А ну-ка, помогите, месье Дюпре! Хотя нет… дайте-ка во-он тот крючок… — Это коса! — Ну — косу, значит… Ага! Крышка поддалась с неожиданной легкостью и почти без скрипа. Сунув руку в бочонок, молодой человек нащупал внутри что-то мягкое, гладкое… ухватил, вытащил… с торжествующей усмешкою обернулся: — Ну! Что я говорил, месье? Чистейший шелк, к бабке не ходи! Глава 10 Лето 1707 г. Онфлер Ностальгия? Они сидели в зарослях черемухи, уже давно отцветшей, но еще не налившейся черными, с приторно вязким вкусом, ягодами: Андрей со своим земляком Спиридоном и начальник муниципальной милиции месье Эмиль Дюпре с двумя молчаливыми молодыми людьми — зятем и шурином, как пояснил ополченец — такие уж сейчас времена наступили, что можно было доверять лишь самым близким людям. В этом смысле Громов его как-то не очень понял — ведь речь-то шла не о каких-нибудь там частных интригах, а о деле государственной важности — вскрыть и уничтожить вражескую шпионскую сеть, шутка ли! И зачем тогда нужно было скрывать это от собственных офицеров? Или прихватили бы с собой солдат, ополченцев… — Понимаете, месье Тоннер, всякое может случиться. Вдруг да что-то пойдет не так? Или что-то нужно будет держать в самой строжайшей тайне? А в этих парнях я уверен, один — брат жены, другой — муж старшей дочери. Не продадут — мы ж все же одно семейство. Громов только плечами пожал — спрашивается, и чего господин Дюпре опасался? Наверное, было чего, командующий городским ополчением представлялся Андрею человеком опытным, тертым. — Чу! — месье Дюпре вдруг подался вперед, отводя от лица черемуховую ветку. — Слышите? Идет кто-то. И это не один пономарь — и другие голоса слышатся. Тсс!!! |