Книга Не властью единой, страница 103 – Андрей Посняков, Евгений Красницкий

Плохо, что у Добровои платка нет – у нее – веночек! Утром снова сплела, новый. Славный такой – фиалки, васильки, ромашки… Только управилась, тут как раз и караульщики с докладом:

— Господин сотник, девки! За черникой явились.

— Ну, Воя… удачи тебе! И нам всем…

Девушка поспешно надела на голову венок, туес березовый прихватила – пошла… К болотцу, к черничнику подошла – песню запела. Или завыла – уж как получалось. Мотив не всегда вытягивала, зато – громко! Старалась – издалека слыхать…

Вот и журавлевы девчонки услыхали…

Всего их было пятеро. Старшей девочке – лет двенадцать, вся из себя ладненькая, пригожая: в рубашке льняной, с вышивкой, да коса – девичья краса! – цвета меда и солнца, да наборный поясок, да поршни летние – не босиком! И браслетики не из стекла – серебряные. Не из простых девочка, сразу видать. Остальные – чуть проще, лет по десять-восемь, тоже в одних рубашонках льняных – жарко, – в платках белых, в поршнях, а кто в лапоточках – в лесу-то, по буеракам, болотам много босиком не находишь.

— Ой, девоньки… Ягод-то! Давно надо было сюда.

— Ага, давно. Говорят, тут медведицу с медвежатами видели.

— Так, девы, – уперев руки в бока, распорядилась старшая. – Черницу берем, потом – за малиной. Я знаю где.

— Ой, славненько! Киселя навари-и-им…

Кинулись девчонки к ягодам… а тут и песня! Не поймешь откуда – вроде как и далеко, а вроде уже и рядом:

— Белуша, слыхала? – одна из младших девочек подбежала к старшой. – Песню поет кто-то…

— Слышу, что поют… – насторожилась Белуша. – И песня-то хорошая… Только вот поют как-то коряво… Да зато с душой – громко. Ты не радуйся, зелен дуб! Ты не радуйся, зелен дуб! Оп-оп! – старшая – а следом за ней и подружки – разом хлопнули в ладоши.

Доносившаяся из-за берез песня резко смолкла.

— Кто здесь? – настороженно прокричала Белуша. – Если чужая кто – выходи. Отроци наши тут, рядом.

— Я пою, – Добровоя с венком на голове вышла из-за деревьев. Поклонилась, придерживая венок: – Из Ясенева мы… Может, слыхали? На ладейке в Туров плывем, на ярмарку. Тут вот, невдалеке стали – отдохнуть да водицы испить. А зовут меня – Марья.

— Ясенево? – Белуша наморщила носик. – Как же, слыхала… Это ж далекое далеко!

— Ну, не так-то уж… Ой… – Добровоя смущенно поморщилась. – Я вот петь люблю, да не умею. А тут запела – думала, не слышит никто.

— А мы услышали! Ты от души поешь, громко. Одна здесь?

— Одна. Наши все у ладейки… Ой, пора мне. Сейчас отдохну да…

— Да погодь! Ягод-то набери. Матушка сказывала – с ясеневскими мы завсегда дружбу водили. Хоть и далеко.

— И хорошо, что далеко, – улыбнулась во весь рот Войша. – Делить-то нечего.

— И правда, нечего… Марья, говоришь? А меня Белославой кличут. Или просто – Белуша. А девы – сестрицы мои. Гремислава, Дарина, Любица… И младшая вот – Предслава.

— Сестрицы? Ну да! Вы ж похожи все. Я ягод ваших поберу, можно?

— Да бери, жалко, что ли?

— Слушайте… А давайте вместе песни петь!

Белослава-Белуша разулыбалась:

— Давайте! Только я – запевала, а вы все подпевалами будьте… И-и… начали!