Книга Шпион Темучина, страница 91 – Андрей Посняков

Воин нетерпеливо переминался в дверях.

— Идем, идем, – широко улыбнулся нойон.

Как и следовало ожидать, внутри избы оказалось довольно темно, свет давала лишь небольшая лампадка из глины. Низкий потолок, вернее – крыша, пол земляной, застлан ветками лиственницы, посередине – выложенный круглыми речными камнями очаг, вдоль стен – широкие деревянные лавки-ложа, притолочины пропитаны черной сажей от очага.

— Н-да-а-а, – оглядевшись, задумчиво протянул Баурджин. – Мрачновато. Прямо скажем – не Дом Советов! И даже – не изба-читальня.

— Да уж, – согласно кивнул Гамильдэ-Ичен. – Кажется, тот горбоносый старик собрался о чем-то с нами потолковать.

— Что ж, потолкуем, – нойон без приглашения уселся на лавку, – если, правда, у местного вождя хватит на это словарных запасов. Что-то меня смущает отсутствие женщин. Интересно, зачем они их прячут?

— А, это у них, наверное, такие обычаи, – подумав, заявил Гамильдэ-Ичен. – Как у поклонников Мухаммеда.

— Хо?! – удивленно подскочил Баурджин. – Ты и про поклонников Мухаммеда знаешь?

— Так ведь – не в траве найденный.

— Да тебя, Гамильдэ, надобно срочно в Совет Национальностей выбирать. Или в Совет Союза.

Юноша нахмурился:

— Опять непонятно говоришь, Баурджин-нойон! И главное, никак свои непонятности не объясняешь – все обещаешь только.

— Ой, обязательно объясню, Гамильдэ! Вот клянусь хоть… Клянусь синим знаменем Темучина и собольей шапкой Боорчу, которую он мне, кстати, проиграл в кости, но так еще и не отдал, вероятно – забыл.

— Забыл? Так ты напомни, нойон! – Гамильдэ-Ичен расхохотался.

Воины между тем вышли, на какое-то время оставив гостей в одиночестве. Беглецы переглянулись, и Гамильдэ-Ичен бросился было к двери – попробовать, не заперта ли?

Нет, не заперта, распахнулась сразу, да и не было снаружи никакого засова… Только рядом стояли воины. И вождь. Которому юноша мило улыбнулся и, оглянувшись на Баурджина, сообщил:

— Там этот старик пришел. Чего-то болтают… Ага, сюда направляется. Один.

Войдя в избу, вождь улыбнулся:

— Располагайтесь. Это – наш гостевой дом. Сколько намерены пробыть у нас?

«А старик, оказывается, не так и плохо говорит, – отметил про себя нойон. – Интересно, что он собрался узнать?»

— Сколько пробыть? Гм-гм… – почесав голову, Баурджин ответил уклончиво: – Сколько понравится. Не хотелось бы, правда, слишком долго утомлять вас нашим присутствием.

— О, не утомите! – осклабился старик.

— А есть отсюда хорошие дороги на юг или только одни тропы? – осведомился Гамильдэ-Ичен. – И, интересно знать, где ваши женщины? Что, их вообще нет?

— О, женщин вы скоро увидите, не будь я – Черр-Нор! – вождь засмеялся, показав крепкие желтые зубы, чем-то напоминавшие медвежьи клыки. – Они скоро явятся вас развлекать. И в большом количестве.

Баурджин вскинул глаза:

— Чем обязаны такой чести?

— Вы наши гости. К тому ж – завтра празднование. Или – как говорят?

— Праздник.

— Да, праздник. Один из наших мальчиков, Каир-Ча, стал взрослым, и завтра получает новое имя.

— Стал взрослым? – тут же переспросил нойон. – А что надо для этого делать?

— Поймать Большого Двуного, – мелко захохотал Черр-Нор.

— А, медведя… Что ж, рады за Каир-Ча. Кстати, один из ваших парней умер.

— Я знаю, – старик небрежно отмахнулся, словно от какой-то безделицы, – Каир-Ча сообщил.