Онлайн книга «Шпион Темучина»
|
— Да и Алтан Болд еще не слишком взрослый для первой стрижки. Алтан Болд… Баурджин улыбнулся. Родившегося два с половиной года назад сынишку и впрямь рановато было еще подстригать, не говоря уже о годовалой дочке. И сыну, и дочери имена придумала Джэгэль-Эхэ, такой уж у них с Баурджином был уговор – первенцев она называет, а уж остальных – муж. Баурджин тогда махнул рукой, согласился. Дочку-то хорошо Джэгэль назвала – Жаргал – «Счастье», а вот сына… Алтан Болд – «Золотая сталь»! Во, имечко! Хорошо, не «Деревянный камень»! Вообще-то, Алтан – так звали одного дедушку Джэгэль-Эхэ, а Болд – другого. Ладно, пускай будет Алтан Болд. Зато следующего сына будут звать – Петр! Тоже в честь дедушки. А дочку – Татьяна. Как любимую жену… там… — А может, и в самом деле, по осени подстричь Алтан Болда? Устроим праздник, повеселимся… – Баурджин мечтательно прикрыл глаза. Первая стрижка волос у ребенка – всегда большое и радостное событие со множеством гостей, когда все поздравляют родителей, веселятся, поют веселые песни, да пью крепкую арьку. Да, Боорчу бы, кончено, не упустил бы такой случай – давно они уже с Баурджином не пьянствовали. Хорошо бы… — О чем задумался, супруг мой? – улыбаясь, Джэгэль-Эхэ ласково погладила Баурджина по волосам. Кстати, у Алтан Болда тоже были светлые волосы, и такие же, как у отца, глаза – зеленовато-карие. А вот Жаргал, кажется, пошла в маму. — Задумался? – хитро прищурился Баурджин. – Сказать по правде, хочу сейчас же содрать с тебя дэли да завалить в траву! Джэгэль-Эхэ рассмеялась и медленно сняла пояс: — Завалить в траву? Так в чем же дело? Поцеловав жену, молодой нойон распахнул ее одежду, обнажив стройное тело с мягкой шелковистою кожей оттенка светлой бронзы. В темно-карих блестящих глазах молодой женщины бегали золотистые чертики… Быстро освободившись от одежды, они упали в траву… Качались красные маки. Дикие маки. Дикие… — Так кто ж к нам все-таки приехал? – погладив жену по плечу, наконец осведомился нойон. — Ах, да, – Джэгэль-Эхэ потянулась, гибкая, словно рысь. – Некто по имени Эрдэнэт, молодой, но важный. Говорит – нукер самого Темучина. Не один приехал, со свитой… – женщина неожиданно вздохнула. – А Темучин оказывает тебе почет. Видать, опять что-то ему понадобилось. — Да уж, не без этого! – Баурджин самодовольно улыбнулся – все ж таки ему было приятно внимание великого хана. Ну, пока не единственно великого, был еще и старый Тогрул – Ван-хан, – которому Темучин приходился вассалом. Темучин… Друзья называли его – Чингисхан – Хан-Океан, Хан-Вселенная. Пока только друзья так звали. Ничего, пройдет время… Джэгэль-Эхэ обняла мужа за плечи: — Чувствую, скоро ты опять покинешь меня ради… — Ради важных государственных дел. – Баурджин ласково провел ей по носу указательным пальцем. – А ради чего же другого я могу тебя покинуть? К тому же – по зову хана. Значит, я ему нужен. Потому и прислал нукера. Было бы хуже, если б не прислал… Ну, что мы сидим? Едем! Молодой нойон рванулся к коню. — Поспешишь – замерзнешь! – не преминула уколоть Джэгэль-Эхэ. Баурджин обернулся, хохотнул: — Кто бы говорил! Еще подъезжая к становищу, Баурджин заметил привязанных к коновязи лошадей и – рядом с ними – нескольких человек. Семеро воинов в сверкающих на солнце шлемах и доспехах из дубленой бычьей кожи. Копья с разноцветными бунчуками, круглые маленькие щиты, сабли. Один был без щита и копья, в нагруднике из блестящих стальных пластин и красных сапожках-гуталах. Красные – такими имел право одаривать только великий хан. Этот, скорее всего, и есть Эрдэнэт. |