Книга Месяц Седых трав, страница 127 – Андрей Посняков

— Знаю, знаю. – Молодой человек замахал руками. – Чего хочет от меня уважаемый господин Ло?

— Почтеннейший шэньши хочет, чтоб вы сопровождали его во время утренней прогулки, если вас это, конечно, не сильно затруднит.

— Нет, не затруднит, передай своему господину, что я с удовольствием с ним проедусь.

Девушка еще раз поклонилась и вышла из гэра.

«А она миленькая, – посмотрев ей вслед, машинально подумал юноша. – Очень даже ничего. И кажется, сильно побаивается своего хозяина. Интересно, он с ней спит? Да наверняка. Старый черт!»

Честно говоря, не столь уж и стар был цзиньский посланник, сколько мерзок – весь какой-то прилизанный, улыбчивый, липкий. И хитрый – на лице написано – хитрый! Нужен ему сейчас Баурджин, как же! Просто не менее хитрый Темучин, после случая с Цзы Фанем, якобы в целях безопасности посланника запретил тому куда-либо ходить одному – только в сопровождении «ученейшего Баурджина-нойона». Баурджин немало посмеялся, услыхав свое новое звание – «ученейший»! Это ж надо так обозвать! На китайский манер, наверное, чтобы большее впечатление произвести на «почтеннейшего шэньши».

— Хорошо ли вы спали, уважаемый господин Ло? – подъехав к выделенной посланцу юрте, вежливо осведомился юноша.

— А, вот и вы, господин Баурджин-гуай! – Чжан Ло как раз вышел наружу и, дожидаясь, пока слуги приведут лошадь, щурился, посматривая по сторонам. Лицо у него было… не сказать, чтоб неприятное или особо дурное, вполне обычное для китайца лицо… но вот выражение… Этакое «я-вас-очень-очень-уважаю-люблю-но-при-случае-обязательно-воткну-нож-в-спину»! Именно так.

Китаец приторно улыбнулся:

— Спал я, словно младенец, спасибо великому хану. Не затруднит ли вас, уважаемый шэньши Баурджин-нойон, сопроводить меня на прогулке вдоль реки? Там такие чудесные места, они очень напоминают мне родину.

— Рад буду сопровождать, – приклеив улыбку, кивнул Баурджин. – Я и сам туда собирался.

Вот тут он ничуть не погрешил против истины! И в самом деле – Гамильдэ-Ичен тоже должен быть где-то там, у реки, вместе со всеми. А сменятся они не скоро, так что лучше уж съездить самому, тем более – и случай удобный представился.

— Мэй Цзы тоже поедет с нами, если вы не против, – посланник улыбнулся еще шире, – видите ли, она знает много стихов. А я люблю поэзию.

— Конечно, конечно, пусть едет!

Ага, стихи она будет читать, как же! Лишняя пара глаз и лишняя пара ушей. Что же там собирается высматривать Чжэн Ло? Расположение караульных постов? Но – зачем это ему? Где империя Цзинь и где река Керулен? Прямо скажем, не близко. Впрочем, для шпиона любая информация лишней не будет. Хотя что толку ему от постов? Они ж все временные.

Втроем они не спеша ехали вдоль голубой ленты реки, наслаждаясь прохладным ветерком и зеленью корявых, растущих на береговых кручах сосен. Яркое солнце отражалось в воде узенькой золотистой дорожкой, в омутах играла рыба. Баурджин-Дубов улыбнулся – а хорошо было бы посидеть сейчас с удочкой, хотя бы во-он у того плеса…

— Красивая река, – негромко сказал Чжэн Ло. – И широкая…

Позади что-то коротко произнесла Мэй Цзы. Что – Баурджин не понял, сказано было по-китайски.

— Она спрашивает, не нужно ли почитать стихи? – повернув лошадь к реке, с улыбкой пояснил посланник.