Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
— Но у нас на счету каждый воин! — В ущелье не нужно много. Оставим там… Гаарчу с Хуридэном, здоровяков-братьев, ну, я ещё с ним буду — вполне достаточно. Ты же с со своими возьмёшь на себя вот этот участок, — Баурджин обвёл рукой местность. — Ну и мелкий Гамильдэ-Ичен останется для связи — пусть шастает между нами туда-сюда, даже если всё будет спокойно. Да, чуть не забыл. Ты поручи своим людям по ходу дела подстрелить какую-нибудь живность — в этом лесочке наверняка водится дичь. — У нас есть вяленое мясо, — возразил Кэзгерул. — Правда, немного. Ну, в крайнем случае, можно пить кровь наших коней. — Кровь будем пить, когда уж совсем припрёт. А сейчас почему бы и не поохотиться, коль есть такая возможность? Кэзгерул с некоторым удивлением посмотрел на побратима: — Знаешь что, анда? Я теряюсь в догадках — ты сейчас рассуждаешь, как опытный полководец — нойон. Но ведь я знаю, да и все знают, что ты нигде не мог этому научиться, ты же рос рядом с нами. Мне иногда даже страшно становится тебя слушать, настолько ты бываешь прав! Мне, к примеру, мысль насчёт этой горушки даже в голову не пришла бы. Откуда она пришла к тебе? Ведь ты же нищий пастух, а вовсе не полководец! Или… Или ты действительно испил из волшебной чаши в заброшенном дацане колдовского урочища Оргон-Чуулсу? — Испил, испил, — захохотал Баурджин. — Такой там крепкий оказался айран — до сих пор в голове шумит! — Да ну тебя, анда! Все шутишь. А Баурджин уже не смеялся, а задумчиво смотрел в небо. — Опасаешься, как бы не начался снегопад? Может! И тогда уж нам придётся несладко. Юноша перевёл взгляд на побратима-анду: — Как ты думаешь, враги могут сунуться ночью? — Ночью — в горы? — Кэзгерул рассмеялся. — Если только сойдут с ума. — Это хорошо… хорошо… — Чего уж хорошего-то? — Кэзгерул, мы ведь совсем не знаем эти горы. — Да, не знаем. К сожалению. — А, значит, выход у нас один — возвращаться в долину к своим по хорошо знакомой дороге. — Ага, — громко засмеялся Кэзгерул. — Хотел бы я посмотреть, как это можно проделать? Там же враги! — Враги явятся за нами, думаю, завтра с утра. Вряд ли они станут мешкать. — Что-то я тебя не очень понимаю, брат. — И пойдут они в обход, через вот это горушку. По крайней мере, я бы сделал именно так, а у меня пока нет оснований подозревать кераитов в глупости. — Анда, не говори загадками. Чего ты хочешь? — Есть одна мысль. Твои парни умеют ставить настороженные луки? — Среди них есть опытные охотники! — Я скажу им, что нужно будет сделать. Да, ты не против, чтобы мои воины принесли клятву тебе? — Мне?! — Так, на всякий случай. — Даже не знаю, что и сказать. — Мы ведь с тобой побратимы! Кэзгерул засмеялся: — Уж ты и хитёр, анда! И, знаешь, я боюсь, что ты… что с тобой… В общем, храни тебя Христородица и Иисус Христос! Осмотрев местность — «проведя рекогносцировку», говоря словами генерала Дубова, — Баурджин чётко осознал: им нужно вырываться отсюда как можно быстрее. До тех пор пока враги не вышли к лесистой горе. Первое время, конечно, их можно сдерживать, и вполне успешно, но ведь кераитов много, а окружённых мало — когда-нибудь, рано или поздно, вражеские лучники просто-напросто перестреляют посты, после чего без особого труда займут лесистый склон. Дальше уж и говорить не стоит: ударят с обеих сторон, и, как говорится, пишите письма. Значит, не нужно ждать. А вот создать у врага такое впечатление нужно — за счёт охоты, костров и прочего. Дескать, запертые в горах найманы там и собираются отсидеться. Н-да-а… Гибельный путь! Что ж, придётся чем-то жертвовать… вернее — кем-то! А, где наша не пропадала! На Халкин-Голе, под Сталинградом, на Четвёртом Украинском что, легче было? |