Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
— Где же такого найти? — удивлённо протянул Баурджин. Темучин улыбнулся. — А чего его искать, вот он! — Он указал перстом в грудь скромно сидящего Кэзгерула. — Ты хорошо помнил свою мать, парень? Анда Баурджина вздрогнул: — Честно говоря, не очень… — Твою мать, беременную тобой, изгнали в дальний род по приказанию Инанч-хана… — А вот я слышал… — …прекрасно знающего, кто твой отец. Сглотнув слюну, Кэзгерул посмотрел прямо в глаза грозного Повелителя и тихо спросил: — И кто же он? — Правитель татарских родов Эркегор… Эркегор Красный Пояс! Да-да, твой пояс достался тебе от отца. Инанч-Бильгэ слишком поздно узнал об этом, а узнав, велел выкрасть пояс — символ власти над всеми татарами. Пояс этот и сейчас у него. Но татары о тебе знают… вернее, узнали не так давно… с моей помощью. Темучин усмехнулся и поднял пиалу: — Так выпьем же за наши успехи, будущие и настоящие! Слава Великому Тэнгри, мы разбили татар, но остались ещё найманы Инанч-Бильгэ, часть меркитов, кара-китаи. Даже Тогрул хан! Не такой уж он и надёжный союзник. К тому же и цзиньцы всегда готовы воткнуть нож нам в спину. — Эти — уж точно! — вспомнив Мэй Цзы, негромко подтвердил Баурджин-нойон. А потом пели песни. Сначала — короткие «богино дуу», потом Боорчу пытался затянуть «уртын дуу» — длинную, но так до конца её и не осилил, уснул. Вообще, к утру заснули все гости, а молодые тихонько выскользнули из гэра… — Баурджин-гуай, — откуда ни возьмись вдруг возник Кооршак. — О! — Юноша от неожиданности вздрогнул. — Ты чего не спишь? — Ходили с Гамильдэ посмотреть твой табун… Знатные лошади, умм! Баурджин хохотнул: — Выберешь себе любых! — Спасибо, господин. Но я сейчас не об этом, — здоровяк замялся. — Видишь ли… Мы с Гамильдэ сейчас разговаривали с погонщиками… так вот они… так вот… Не знаю даже, как и сказать… — Это уж точно! — выскочил из-за гэра Гамильдэ-Ичен. — Дай хоть я за тебя скажу, а то будешь тут мяться. Да не беспокойся, скажу, как надо — ведь все знают, я умею говорить хорошо и красиво! — Даже, пожалуй, слишком красиво, — улыбнулся Баурджин. — Точнее — долго. — Краткая речь красивой не бывает! — Мальчишка важно надул щёки и неожиданно поклонился. — Мой анда Кооршак-гуай просит тебя, уважаемый Баурджин-нойон, быть его сватом к некоей красавице именем Алса-Буик из рода Серых Спин, которая была женою Караим-нойона из монгольского рода куйсы, но так как Караим-нойон геройски погиб в недавней битве с татарами, то душа его ныне обитает у Великого Тэнгри и не возражает, чтобы бывшая жена его, а ныне — вдовица Алса Буик вышла бы вновь замуж за приличного и хорошего человека. Смею заверить, что мой анда Кооршак — как раз такой человек и есть. Верно, анда? Кооршак ничего не ответил, лишь смущённо покачал головой и тихонько — с этаким восхищением — прошептал: — Во даёт, сойка пустоглазая! — Курукче, — вдруг вспомнила Джэгэль-Эхэ. — Она просила меня как-нибудь разузнать, не согласиться ли Кэзгерул-гуай… Не сможет ли он… В общем, она будет вовсе не против, если он зашлёт к ней сватов. — Ну, дела-а-а, — завистливо протянул Гамильдэ-Ичен. — Прямо всех красавиц они расхватали! Этак мы с Юмалом без жён останемся! — Какие ваши годы, — хохотнул Баурджин. — Зато как гулять будем! Как бы непременно сказал мой приятель Боорчу, если был хотя бы самую малость знаком с творчеством замечательного поэта Твардовского: |