Онлайн книга «Воевода заморских земель»
|
— Кормят, — совладав с рыданиями, глухо отвечал Ваня. — Вас много? — Достаточно для твоего спасения. — Все, вам пора уходить, — предупредила Шошчицаль. — Скоро сюда вернутся остальные жрецы. — Прощай, Ваня. Молись и жди. — Стойте, не уходите! — крикнул из ямы Ваня. — Здесь, в Теночтитлане, есть христиане, есть тайный православный храм. Они помогут нам, надо только их отыскать… Тламак… Он должен знать, он говорил мне… Найдите Тламака. — Найдем, — уверил Олег Иваныч, хотя сам был уверен в обратном — не в первый раз он уже замечал зигзагообразную татуировку Тламака на левой руке жреческой мантии из человеческой кожи. Простившись с Ваней, они быстро вышли наружу — и вовремя! С теокалли уже спускался народ: правитель Ашаякатль, жрецы, сановники, воины. В глазах рябило от света факелов и золотых украшений. Словно сами собой возникли вокруг Олега Иваныча и Гриши воины-«орлы» в высоких, украшенных перьями, шлемах. Молча поклонились Шошчицаль — и как только узнали? Наверное, по ягуаровой маске. — Прощайте, — шепнула девушка, исчезая в толпе. — Вот он, соглядатай! — спускаясь с пирамиды, узрел перьевую накидку Тисок. — Тускат, скажи белым, пусть поймают… Нет, не надо! Судя по перьям кецаля — это кто-то из пилли. Тогда… Тогда пусть лучше убьют! Вон там, между храмами, как раз удобное место… Тускат кивнул, сказал Олельке с Матоней несколько слов и протянул нож. Не местный, обсидиановый. Стальной — новгородский. Шильники исчезли в толпе. Шошчицаль быстро шла по улице, раздумывая, где бы половчее сбросить накидку. Вот, кажется, удобное местечко, там, между храмами. И темно, и близко. Обернувшись — возбужденные толпы людей проходили мимо, толкаясь и распевая гимны — девушка юркнула за угол, не заметив, как тот же самый маневр ловко проделали двое. Правда, уловила какой-то шорох… Обернулась и… Острое лезвие ножа впилось под ее ребра… — Готово! — вернувшись, доложили ушкуйники. — Даже не пикнул. Там и лежит, где ты сказал, отдыхает. — Матоня ухмыльнулся. — Хорошо, — надменно улыбнулся Тисок. — Возьмите факелы, пойдем осторожно, посмотрим. Дождавшись, когда схлынет толпа, Тисок и его люди свернули в узкую щель меж храмами. Тело в накидке из перьев лежало навзничь, золотая маска ягуара закрывало лицо. — Сейчас мы узнаем, кто ты такой, предатель! — усмехнувшись, Тисок наклонился, срывая маску… Страшный крик тоски и боли прорезал ночную тьму, рассеиваемую лишь дрожащим пламенем факела. — Как же ты могла, Шошчицаль? Как ты могла? — опустившись на колени перед трупом, шептал Тисок. — Кто приказал тебе следить за мной, кто? Я узнаю, клянусь тебе, узнаю! И смерть его будет страшной… О, Шошчицаль! Почти до утра простоял на коленях Тисок. По лицу его, всегда надменному, а нынче раскисшему и жалкому, текли слезы. А губы шептали: — Шошчицаль… Глава 13 Теночтитлан. Июль — август 1478 г Он в боевом уборе Из перьев синих и белых. Шагают воины следом, Сверкают копья и стрелы. На улицах и на крышах, Ликуя, народ толпится. Лиловый дым благовоний Навстречу бойцам струится. Ужасное известие о смерти Шошчицаль достигло пленных новгородцев лишь на третий день, уже после похорон. У Гриши эта весть вызвала шок, он целый день просидел на своем ложе, тупо уставившись в разноцветное панно на задней стене. Яркими, красными, синими и желтыми красками на стене был нарисован блистательный бог солнца Тонатиу, сидящий на спине Огенного Змея. С обеих сторон сверкающего бога сопровождали полуобнаженные женщины-воительницы — сиуатетео. Одна из них настолько была похожа на Шошчицаль, что, казалось, художник писал ее именно с несчастной девушки. Однако стены были расписаны давно, еще при прежних тлатоани Ицкоатле и Моктекусоме. Но, кто знает, может быть, изображенная на стене женщина приходилась покойной принцессе родной бабкой? |