Книга Час новгородской славы, страница 47 – Андрей Посняков

И если бы не новгородцы… Вернее, если бы не Олег Иваныч с мечом — аркебузу караулили оставшиеся на улице Олексаха и Гриша.

— Джон, объясни этим двум, что тот человек, в углу, наш друг.

Обнажив меч, Олег Иваныч осторожно похлопал по плечу одного из амбалов. Тот раздраженно обернулся… и медленно опустил кружку, увидев перед собственным горлом острое лезвие.

— Джон, мы согласны поставить за капитана десять кружек крепкого ирландского эля.

Услыхав про эль, бородач заулыбался и протянул руку.

Пожать?

Пожалуй. Только не убирать пока меч в ножны. Мало ли…

Слава богу, предосторожность оказалось излишней. Пока посетители пивной упивались халявным элем, Олег Иваныч поспешил вывести уже не шибко вменяемого шведа на улицу.

— Новгород! — громко гаркнул он ему в ухо. — Ревель! Томас. Томас Ленстеди. Олег Иваныч. Нарва.

В глазах капитана Свенсона промелькнуло какое-то узнавание:

— Томас. Ревель. Нарва… Олег… О!!! Олег Иванытш!!! — Дальше прибавил по-шведски. Верно, предлагал выпить.

Вспомнил, алкаш хренов! Чудь белоглазая! И Ревель, и Нарву, и паленую медь с Кипра. А также организатора всей той аферы, ревельского мастера Томаса. Он, кстати, женился на Ленке? Ну, дочке второго ревельского прохиндея, Евлампия. А, Эрик?!

— О, Евлампий, да! Он перешел в католичество.

— Ну, я же и говорю — прохиндей.

— Да, Томас женился. Не так давно. О! Олег Иванытш, ты откуда знаешь немецкий?

— Выучил. Не все время вино пью.

— Молодец. Пойдем-ка, еще выпьем. Тут есть одно чудесное местечко.

— Погоди. Ты куда с кораблишком? В Нарву? Ревель? Любек?

— В Выборг.

— В Выборг? Отлично! Так мы с тобой, Эрик? Да не переживай, заплатим хорошо.

— Конечно. Только сначала — выпить. С утра мы уже уходим. Можем не успеть.

— Возьмем выпивку с собой.

— Хм…

Подобная идея почему-то не приходила еще капитану Свенсону в голову. Вернее, приходила, но не в новых, внезапно открывшихся масштабах. Раньше собутыльника подходящего не было. Боцман пил мало, а с командой Эрик не напивался — из принципа. Держал своих матросов в черном теле.

— Ну, мы, кажется, нашли нужное судно, — Олег Иваныч обернулся к Джону. — Вот твои деньги, получи. Может, с нами? В Новгород.

— Чуть позже. Скоплю немного деньжат, и тогда ждите. А пока имеются другие планы.

— Ну, как хочешь. Вольному воля. Рад был знакомству.

Под покровом ночи, наврав вахтенному про неотложные любовные дела, выскочил с борта «Пленителя Бурь» матрос в синей штопаной куртке. Не молодой, не старый, не высокий, не низкий — средний. Лицо благообразное, круглое, нос слегка крючком, окладистая бородка и кустистые брови. Пройдя по причалу, обернулся, свистнул чуть слышно.

— Я здесь, брат Енике… — раздался из темноты отчетливый шепот. — Давай-ка отойдем к докам.

Две тени быстро спустились вниз по течению Темзы. Народившаяся луна освещала их призрачным светом. Где-то гнусаво выла собака. На том берегу в болотах мычала выпь.

— Есть новости для голландца, брат Рейнеке-Ханс.

— Слушаю.

— «Пленитель Бурь» завтра с утра отчалит с грузом олова и оружия. Нечестивый капитан Свенсон хочет продать все это в Выборге новгородским купцам, презрев запрет его святейшества Папы. Олово, кстати, вывозится тайно, без пошлины. Весь груз сверху присыпан углем, причем самым мелким. Пылища на судне такая — дышать невозможно, — круглолицый Енике закашлялся.