Онлайн книга «Час новгородской славы»
|
Пои нас вином, красавица молодая, Неси андаринское, впрок не оставляя! — затянули магрибинки старинную арабскую песню, сложенную Амр ибн Кульсумом почти девятьсот лет назад. Песня эта — хотя и фривольная, про вино — очень нравилась Кара-Кучуку, понимавшему арабский с пятого на десятое. Тем не менее он тоже подпевал, глядя на плоские животы танцовщиц: Смешай с водой шафранное, густое, Пусть в чашах у нас бурлит оно, вскипая. Приходит муж, заботами нагруженный, А выпьет вина — забота уйдет любая. И ради вина становится щедрым скряга, Губя свое богатство и унижая. Но что же ты нарочно меня обносишь, Кувшин по кругу мимо меня пуская? В этом месте грузный Кара-Кучук не выдержал. Смахнув слезу, обнял в танце Марьям, зашептал страстно: Ведь я из друзей твоих не самый худший, А ты с утра не поишь меня, скупая! Потянул тонкие шнурки лифа, повалил Марьям на ложе… Другая наложница, Наида, быстро скинув одежду, бросилась следом. Действуя предельно нагло — скоро, скоро господин объявит ее законной младшей женою! — Наида незаметно, но настойчиво отпихнула Марьям от Кара-Кучука. А та не очень-то и настаивала. Не то что Наида — та аж дрожала от страсти. Кара-Кучук — мужчина красивый, видный, осанистый. Богат и в чести у хана. Такие мужья на улице в пыли не валяются, за них биться надо! Обняв ордынского вельможу за шею, силой притянула к себе, сдергивая халат. Наида… Рыжеволосая полногрудая красавица с Азова. Крепкая, пышнобедрая, решительная — из тех, кто всегда добивается цели. Марьям так и сидела сейчас в углу, безучастно наблюдая, что вытворяет с хозяином Наида и примкнувшие к ним магрибинки… Наконец, устав, Кара-Кучук взял с маленького столика серебряный колокольчик. Вызвал охранника: — Не пришел ли господин Басенков? — Сам не пришел, прислал слугу. Тот спрашивает, когда светлейший Кара-Кучук-мурза сможет принять его господина? — Скажи, вечером. Очень рад буду принять у себя господина Басенкова. Кара-Кучук остался до вечера в опочивальне, с наложницами. Отдохнул, немного поспал. К приходу Никифора Басенкова был в полной форме. Облачившись в бордовый, расшитый золотыми павлинами халат и водрузив на голову невероятных размеров чалму, сидел на разложенных по необъятному ковру подушках с самым важным видом. Несмотря на распахнутые окна, было жарко. Две наложницы в темных, прикрывающих лица накидках — Наида и Марьям — обмахивали обливающегося потом хозяина опахалами из павлиньих перьев. Кара-Кучук приветствовал гостя стоя. Лично усадил напротив себя, поднес шербету и, оглянувшись на наложниц, вина. Неспешно потекла беседа — мурза неплохо знал русский, чего нельзя сказать о наложницах — ни о крымчанке Наиде, ни о — тем более — испанке Марьям. Потому ордынец и не отослал их — пусть сидят, навевают прохладу. Заодно и перед гостем похвастать: вот у него какие девки есть! Похвастал. Не раз и не два ловил уже заинтересованный взгляд господина Басенкова на обнаженные животы наложниц. Покончив с угощением, перешли к главному. Никифор Басенков имел поручение от Великого князя Ивана приобрести у татарина лошадей. Много. Тысяч десять. Как раз примерно столько и оставалось их нераспроданных у Кара-Кучука, который, конечно же, желал их побыстрее продать. Таким образом, сделка завершилась к обоюдному согласию. Правда, торговались до посинения. |