Книга Курс на СССР: В ногу с эпохой!, страница 9 – Андрей Посняков, Тим Волков

— А, если в криминал пойдут? — задал я вопрос, волновавший многих. — Тут ведь хоть чем-то заняты.

— Да-а… — хитро улыбнулся он. — А милиция на что? Пусть она сама и следит за своими неблагонадежными, а не скидывает заботы на наши плечи. Поверьте, ведь потенциальные лодыри и сами не учатся, и другим не дают. А это как раз подрывает авторитет ПТУ. Давно пора поднимать престижность профессионального образования, а не превращать нас в подобие колоний на несовершеннолетних правонарушителей. Вот у нас почему контингента не хватает? Потому что нормальные сюда не идут. Именно потому, что основные — это те самые потенциальные криминальные элементы. Выгнать мы их не можем, так как связаны этим самым «всеобщим средним», и научить не можем, потому что они игнорируют любые занятия. Дошло до того, что стали «жить по понятиям», «работать западло». И это в столь юном возрасте! Вот и бегут от нас нормальные ребята, которые и хотели бы получить профессию столяра, плотника. Вот у нас была группа краснодеревщиков. И где она теперь? Сократили, в связи с отсутствием желающих… Можете представить, что нет желающих получить дефицитную и денежную профессию?

Наша беседа была долгой и плодотворной. Со многим я готов был поспорить, с точки зрения своего долгого опыта в будущей жизни, но понимал, что сейчас такое невозможно. Поэтому просто слушал, кивал, выражал эмоции. Думаю, главное в нашей беседе было то, что я перенаправил мировоззрение собеседника из ностальгии по прошлому в будущее. Думаю, он по-другому посмотрит на учебный процесс, и вспомнит, что он главный по Учебно-Воспитательной Работе и в свете современной реформы получил новые возможности.

Сельское ПТУ внешне выглядело намного лучше, ухоженное, как на картинке. Но я давно перестал верить первому впечатлению, больше доверяя скрытым фактам.

Моложавый, с пышной темной шевелюрой, директор в синем вельветовом пиджаке и джинсах встретил меня у входа, и сразу потащил знакомиться с учебными корпусами и территорией, попутно решая какие-то вопросы.

— Здрасьте, Георгий Викторович! — здоровались проходившие мимо подростки.

— Здравствуйте, ребята! Алексей, «шассик» вчера починили?

— Ага! Там колесо только осталось завулканизировать.

— Молодцы!

— Георгий Викторович, здрасьте! — бросились к нему красивые девушки в коротких юбках. — Ансамбль сегодня будет?

— Будет, будет. Приходите!

— Ого! У вас тут и девчонки! — удивился я. — А что за ансамбль?

— Самодеятельность, — улыбнулся директор. — В армии занимался когда-то… И вот тут решил. Купили аппаратуру и вот… репетируем. Даже джаз можем!

— Здравствуйте, Георгий Викторович.

— Здравствуйте… Ну, что, пойдемте, покажу, как у нас всё тут устроено.

По всему видно было, что директора здесь уважали и побаивались. И ведь было, за что уважать. Светлые коридоры с репродукциями картин известных художников, просторные кабинеты с полированными столами-партами и густо-зелеными классными досками. Телевизоры… и даже видеомагнитофон. Японский!

— Вообще-то, у нас три таких, — скромно признался директор. — Финансирование, что и говорить, хорошее. Да и ребята почти все от колхозов стипендию получают. Восемьдесят рублей! Для подростка — шутка ли? Потому и рычаги влияния на них имеются. Вот и дисциплиной в порядке. Вот только мая я всегда жду со страхом…