Онлайн книга «Кондотьер»
|
Серовато-синее море с белыми барашками волн, низкий, поросший густым камышом берег. Невдалеке от пирса – знакомый зеленовато-белый «Москвич». Пустой! Благоразумно оставив мопед на лесной опушке, Арцыбашев осторожно подобрался к машине и спрятался за кустами малины. Интересно, куда это все делись? Присмотревшись, молодой человек углядел шаткие мосточки, переброшенные с пирса на старый траулер. Даже и не мосточки, а просто две досочки. Рядом с ними покачивалась на волнах невидимая со стороны леса рыбачья лодка с аккуратно уложенными вдоль бортов веслами. На досочках что-то валялось… Сиреневый бюстгальтер! От купальника! Проскользнув на палубу, Леонид осторожно подобрался к рубке и заглянул в иллюминатор. Пусто! Значит, не в рубке, значит… В этот момент из трюма донесся крик. Женский, точнее девичий, крик, в котором слышались отчаяние, ужас и боль! Нет, осторожный Арцыбашев вовсе не бросился в трюм, сломя голову. Сначала приискал себе то, что можно было использовать вместо оружия – в этом качестве вполне подошел ржавый железный прут, валявшийся у фальшборта. Штука оказалось увесистой, килограмма на полтора. Сразу почувствовав себя намного уверенней, молодой человек приник ухом к приоткрытому люку… Внизу, в трюме, слышались чьи-то голоса, потом звук пощечины… плач… Леонид ужом скользнул вниз. — Ты че, дура, рамсы попутала? – донеслось из-за какого-то ящика, коими изобиловал трюм. — Ты помни, Наташа, мы ж по-хорошему хотели, как люди… — По-хорошему?! – Наташа выкрикнула сквозь слезы. – Это по-хорошему вы у отца весь бизнес забрали? По-хорошему заставляли платить? Я уже не говорю о дядюшке, его вы вообще… — А вот его-то мы сейчас и прижмем. Тобой прижмем, сучка! Колян, хочешь ее еще разок? Потом, боюсь, фэйс попортим… Выглянувший из-за ящика Арцыбашев с трудом разглядел в полутьме трюма троих. Двух знакомых мордоворотов в шляпах и еще одного, судя по рыжей бороде и зюйдвестке – местного. Говорил тот, что со шрамом. Голая Наташа была привязана к какому-то длинному станку, по сути – распята. Подойдя ближе, второй мордоворот с гыканьем помял пленнице грудь и принялся расстегивать брюки. — Я ж говорил – не надо было одеват-тся, – с заметным акцентом сказал местный. – Я так понимаю, сейчас ее опять на троих… а потом? Что скажешь, Сипатый? Сипатый – тот, со шрамом – хэкнул в кулак: — А то и скажу – будем ее тут жарить во все щели, пока дым не пойдет. Потом отрежем мизинец и пришлем дядьке. «Братки!» – ошеломленно догадался Лёня. Самые первые, отмороженные… будущие «малиновые пиджаки». Бандиты, рэкетиры, преступники, а вовсе не сотрудники КГБ! И Наташа, похоже, их знала… — Ах ты, лапуся… А на, давай вот так… ласково… Я сказал – ласково, тварь! Колян хлестко ударил девчонку в подбородок. — Эй, эй! Не очень-то увлекайся, – озабоченно предупредил Сипатый. – Сдохнет еще раньше времени… Хотя… Сдохнет, так мы дядьку по-другому достанем. По-любому достанем, верно я говорю? — Верно, брат, – обернулся Колян. – Да я ее и не очень-то… вон, очухалась… А ну-ка, милая, давай… Голый зад бандита задергался. Девушка застонала… — Стоять! Именем закона! – выскочив из-за ящика, выкрикнул Арцыбашев. Выскочил и тут же обернулся, якобы подзывая на помощь своих: — Парни, заходи слева! Аккуратнее там… А вы – не дергайтесь. Причал окружен. |