Онлайн книга «Кондотьер»
|
— Графена! Алек-сандра! А мы тут тебя с ночи дожидаемся, да! * * * На вражеских шанцах вновь громыхнул мушкетный залп. Тяжелые пули просвистели над головами, сбивая ветки с елок и лип. Леонид, как и все, непроизвольно пригнулся, хотя понимал, с такого расстояния прицельный выстрел никак не возможен… да из мушкета вообще не прицелишься, не СВД! Однако пуля – дура, могла и в лоб угодить. Обходить, обходить надо шанцы! Обернувшись, король жестом подозвал вестового и велел передать приказ. Отряду Труайя – обойти шанцы слева, ополченцам Михутри – отвлечь ложной атакою. Даже не столько атакою, сколько ее имитацией: немножко пошуметь, пострелять. Вестовой скрылся в ельнике и скорее вернулся – приказ передал всем. — Начинаем, – поглядев на вышедшее из-за облаков солнышко, распорядился Леня. Впрочем, нет, не Леня, не какой-нибудь там Леонид Арцыбашев, артист погорелого театра, несостоявшийся режиссер, антиквар и историк, нет… Король, законный властелин Ливонии! И пусть королевство еще пока захудалое, пусть не совсем легитимный король – это не важно. Куда важнее другое – все эти люди: верные вассалы-рыцари, ополченцы, наемники, готовые идти за своим королем на смерть! Это дорогого стоило, и Магнус делал для своих людей все, что мог, уже забывая свою прежнюю жизнь в начале двадцать первого века, а точнее сказать, вспоминая о ней все реже и реже. Некогда было вспоминать! Здесь сейчас было все. Его судьба сейчас решалась именно здесь, в Ливонии, на этом самом поле, в этом самом ельнике! Его судьба… и не только его, но и судьба его народа, граждан Ливонии, всех этих людей, для которых он был законным – без дураков! – властелином, а следовательно, отвечал за всех… и за свою семью, в частности – за красавицу супругу Машу! Повинуясь королевскому приказу, запела труба. Громыхнули пушки, а через пару минут справа от шанцев раздался мушкетный залп. Громыхнули и королевские стрелки, да так, что весь ельник и половину поля заволокло густым пороховым дымом, под покровом которого Магнус отдал приказ: — Вперед! Сам король, взметнувшись в седле, повел на шведские шанцы свое воинство. Справа гремели выстрелы – вражеских ратников отвлекали на себя ополченцы, слева началась атака рейтар Анри Труайя и бывших рыцарей фон дер Гольца. Опытный шведский воевода, правда, вовремя заметил опасность, приказал развернуть пушки… Развернули! Пальнули… Несколько рыцарей все же погибло, большинство же, ориентируясь на рейтар, поскакали дальше рассыпанным строем. На шанцах их уже поджидали, уже тлели шведские фитили, грозно щурились артиллеристы. Прямо на них выскочили из дыма всадники ливонского короля! Спешились, ринулись на штурм земляных укреплений, воодушевленные и непобедимые, ибо сам король нынче вел их в бой! Не дожидаясь, пока атакующие ворвутся на шанцы, шведы ринулись в контратаку: поддержанные залпами мушкетеров, с насыпей спрыгнули пикинеры и гофлейты с палашами и алебардами. Завязался кровавый рукопашный бой, все смешалось, и с шанцев уже нельзя было вести огонь… Тем более, что там хватало и своих проблем – атакующие лезли уже со всех сторон, так что казалось, еще один удар, и… Увы, его величество хорошо понимал, что это далеко не так. Что шведы сильны, что ратников у них больше и что для того, чтобы окончательно прогнать шведов из-под Везенберга, не хватает тысяч трех лихих воинов… ну, хотя бы двух! Так откуда и две тысячи взять-то? Все, кто есть – собраны. Так что остается лишь пытаться, уповая на собственное ратное умение да еще на волю Божью. |