Онлайн книга «Земский докторъ. Том 9. Падение»
|
Химическая фирма «Hoechst» была основана в городке Хёхсте, ныне — район Франкфурта-на Майне, в 1863-м году. В 1883-м году в качестве новых продуктов стали выпускать лекарственные средства. Одно из первых — антипирин против лихорадки и гриппоподобной инфекции. В 1904 году в лабораториях фабрики синтезировали адреналин в лабораториях фабрики, первый гормон, структура которого была точно известна, и который можно было производить в чистом виде. В 1905-г8оду в «Хёхсте» разработали новокаин, и сейчас вплотную приступили к инсулину… Так что «Хёхсту» было, что предложить… и было, что терять, в случае какого-нибудь грандиозного скандала. Прибыв в Берлин вечером, вся компания пересела на ночной поезд, идущий до Франкфурта, и уже утром оказалась в главной конторе «Хёхста». Все документы пописали быстро, вечером устроили банкет или «деловой ужин», а уже на следующий день представители Советской России отправились в Женеву. И вновь стучали колеса… — Хорошая штука — дипломатический паспорт, — расправляясь с яичницей, пробормотал Ковалев. — Что-что? — доктор вскинул глаза. — Говорю, за нами следят, — отложив вилку, Леонид понизил голос. Невысокий, крепко сбитый, с открытым, скуластым лицом и спокойным взглядом, Леонид Игнатьевич, несмотря на молодость, уже много чего повидал: санитарный поезд на Западном фронте, на Южном фронте — начальник перевязочного пункта дивизии. Ранение — госпиталь в Казани, ускоренные курсы военных фельдшеров… Ко всему прочему, у Ковалева был нюх на всякие нехорошие штуки! Показаться ему просто не могло. Поэтому Иван Павлович просто попросил: — Поясни! — В это вагоне — двое, — Леонид покусал губу. — Высокий, худой, патлатый. С мольбертом… вроде бы как художник. Взгляд такой, вроде бы рассеянный, но, на самом деле — цепкий. Сидит в коридоре на откидном стуле. Сморит в окно… Или нас контролирует? Очень удобно! Кстати, если его мысленно подстричь и переодеть — будет очень похож на одного из наших немцев. Ну, того… помощника Вайбаха. Как его… Артур, кажется. — Да — Артур… — доктор кивнул и чертыхнулся. — То-то я смотрю, показалось — знакомый! Значит, думаешь, не показалось? — Думаю — нет. У меня на лица память хорошая! — А второй? — Священник… — Итальянский падре с рыжими английским усами? — не удержался от шутки Иван Павлович. — Почему — падре? — знаменитую советскую сагу о Шерлоке Холмсе Ковалев, увы, не смотрел, потому как снять ее еще не успели! — Нет! Он протестант. Пастор. — Еще лучше — пастор! Пастор Шлаг совсем не умел ходить на лыжах… — Что-что? — Так, пустое… Так что пастор? — Аккуратный, щеголеватый, улыбчивый… Однако, военную выправку не скроешь! И так умильно смотрит на дам! Ни одну не пропустит. Засмеявшись, Леонид заказал заглянувшему в купе проводнику чай и продолжил дальше: — Тоже прохаживается по коридору… Когда художник отлучается. Как бы сменяют друг друга. — Понятно — караул. На доктора вдруг нахлынуло странное ощущение, что и пастора он где-то и видел… и явно, не в фильме «Семнадцать мгновений весны»! Хотя… где он мог его видеть? И кто это вообще такие? Кто послал, зачем? — Думаю, это — «Хёхст», — хмыкнул помощник. — Присмотреть решили за нами. Как там, в Женеве, все пройдет. — Все правильно — не доверяют, — размешав сахар в стакане, Иван Павлович негромко рассмеялся. — Мы же большевики! И они просто вынуждены с нами дело иметь. На их месте я бы тоже не слишком-то доверял. |