Онлайн книга «Маски и лица»
|
— И что же? — Это чудо — забвение! — Анастасия всплеснула руками. — Когда тебя позабыли, предали почти все! У меня и так-то не было подруг, кроме сестер. Одни фрейлины… Но, фрейлины, это не подруги. Правда, когда жили в Могилеве, в ставке, мы с Машей, сестрой, познакомились с местными девочками… В прятки играли, в саду. А потом и мальчишки местные подтянулись — научили нас играть в «чижа». Хорошая, кстати, игра, веселая. Голосок девушки звучал ностальгически-нежно, видно, кое-что из могилевской жизни ей все-таки было приятно вспомнить. — А потом мы заболели корью, — тряхнув пышными локонами, продолжала Анастасия. — Потом февраль… отречение… И этот страшный дом! Я плакала, мне казалось — там все пахло кровью. Оленька, старшая, утешала меня. Говорила, что с нами ничего странного не случится — ей об этом как-то сказал Друг! Ну, Григорий Ефимыч… дядя Гриша… Пришел, когда у Леши был приступ, а потом Оля принесла ему пунш… И он ей сказал, что пришел человек. Человек из далекого будущего! Которому суждено нас спасти. Услышав такое, Иван Палыч потерял дар речи! Сразу вспомнилась та встреча с Распутиным в Санкт-Петербурге… Хотя нет — в Петрограде уже… Он, Артем — посланец Судьбы? И кто он все-таки — Артем или Иван Павлович? Где истинное лицо, а где маска? Кто бы знал… — Вы что молчите, Иван Павлович? Уэллса не читали? У него там про машину времени так хорошо… Только уж будущее больно мрачное. — А в настоящем у вас как, извиняюсь за любопытство? — пришел в себя доктор. — Родители в Екатеринбурге, сняли небольшой домик, — Настя пригладила волосы, глядя на приближающиеся огни Москвы. — В столицах им жить не разрешили… Не разрешили… Хорошо, хоть вообще разрешили жить! — Они вообще в Ливадию хотели… Ну, после войны… — Так скоро уже! — Скоро… А в Екатеринбурге с ними Алешенька остался и Маша, она у нас скромница, — негромко продолжала принцесса. — Оля с Татьяной в Москву подались. Ну и я за ними — прицепом. Родители не хотели отпускать… Но, знают — уж коли я чего решила — удерживать бесполезно! В Москве сняли комнату на троих… Я, правда, от них потом съехала — свободу люблю! Но, навещаю. Чай пьем с ситным. Сестрицы на мануфактуре работают, галоши какие-то делают… «Треугольник», что ли? В наш, московский филиал… Устают… Но, пока хоть так… — Они же образованные! Языки знают… — в голове доктора мелькнула какая-то мысль. — Знают, — утвердительно кивнула собеседница. — Английский, французский, немецкий — как родные. Еще арифметика… Вот чего терпеть не могу! Все эти задачки, цифирки… А вот Маше нравится! — Кажется, товарищ Чичерин уже обыскался сотрудниц в свой наркомат, — задумчиво протянул Иван Палыч. — С хорошими манерами и приличным знанием иностранных языков… Так! Что вы мне-то сказать хотели? — То же, что и про лже-француза, — принцесса отозвалась со всей серьезностью. — Только теперь — про американца. Ну, тот, кругленький, в клетчатом пальто. Фирма «Далтон и Далтон», кажется, из Чикаго. — Та-ак… — глядя на мелькающие за окнами авто огни, Иван Палыч покачал головой. — А с этим-то что не так? — Да все не так! — воскликнула Настя. — Вот, не так должен себя вести представитель частного капитала! Я уж их повидала… Их прибыль интересует, всякие там издержки, проценты на капитал… А он что выспрашивает? Про вату да марлю! Мол, где их выпускают да кто? Ну да, верно, хочет подешевле купить… Но, тут — пенициллин новоизобретенный… а там какая-то вата! Странно. |