Онлайн книга «Земский докторъ. Том 6. Тени зимы»
|
— Так, может, телегу нанять? — горячился Гробовский. — Вообще-то, можно попробовать, — спрятав усмешку, Тимофей спокойно кивнул. — Но ехать одним — не советую. Да никто вас и не повезет — себе дороже. Сами знаете — шалят! — Так что же нам тут, зимовать прикажете? — Почему зимовать? — бородач повел плечом. — Я б на вашем месте — по железке. До Черемихина можно от Курпанова — по тракту. Было б лето — на баркасе могли бы доплыть. Ну, да сейчас не ходят баркасы-то. Не сезон. А в Курпанове повозку наметете, там есть. Можете прямо до станции, с шиком! От Черемихина — версты две. Простились хорошо, по-доброму. И не только из-за потрепанных «варнаков» и подаренной лодки. Иван Палыч, почти сразу по приходу, вправил застарелый вывих супруге Тимофея Анисье — статной и красивой женщине. Та осталась крайне признательной, и даже напекла в дорогу пирогов из ржаной муки с просом. В Курпаново беглецов доставил Егорка. Правда, не на подаренной лодке, а на большой, отцовской. На пристани, на мостках, попрощались… — Спасибо за ройку! — Егор улыбнулся и вдруг указал рукой. — Эвон, коляску видите? Знатный фиакр! Черемихинский извозчик. Верно, кого-то привез. Вы подойдите, спросите… С извозчиком сговорились за рыболовные лески и крючки, давно обесценившимся деньгами сей славный возница не прельстился. Зато рыболовные снасти пошлина славу! — Фабричная леска, хо! — Императорских еще времен! — охотно подтвердил Гробовский. — Это тебе не из конского хвоста волосина. Доехали с шиком до самой станции! Два десятка верст уделали меньше, чем за четыре часа, плюс еще две версты от Черемихина до железки. * * * Станция была как станция, вполне себе обычная, можно сказать — типовая и, судя по низкой платформе и деревянному зданию, относилась к третьему — предпоследнему — классу. И все же, это была именно станция, а не какой-нибудь там разъезд! Водокачка, будка путевого обходчика, разъездные и подъездные пути с поворотным кругом и «горкой» для спуска вагонов. Даже маневровый паровозик мелся, старенький, серии «Ер». Небольшой, с открытой будкой, тремя выкрашенными в ярко-красный цвет колесами и черной самоварной трубой, он, скорее, напоминал детскую игрушку, нежели скромного и незаменимого труженика железнодорожных путей. Паровозик, пыхтя парами, стоял на запасном пути, а за ним, ближе к лесу, виднелись четыре товарных вагона. У самого локомотива двое мужчин — пожилой и чуть помоложе — деловито кололи дрова. — Н-да, — глянув, усмехнулся Гробовский. — С угольком-то я смотрю — туго. Хотя, паровоз такая машина, что может и на дровах! Тем более, леса тут много, а далеко маневровые не ездят. Иван Палыч хотел было спросить, чего это они не экономят, а держат машину под парами, да вовремя прикусил язык. Помнил ведь кое-что еще со времен санитарного поезда! Паровоз, хоть «основной», магистральный — «О», хоть, вот как здесь, маневровый — «Ъ (Ер)» — это не автомобиль времен двадцать первого века — сразу не заведешь, не поедешь. Сначала его надо тщательно осмотреть, устранить все течи, потом накидать уголь, сверху наложить дров и пропитанную керосином ветошь. Поджечь… Дождаться, когда разгорится, когда выйдет весь дым, а дальше уже постепенно поднимать давление до трех атмосфер. С пяти атмосфер уже можно проверить работу инжектора (качает воду в котел) и открыть сифон — выпустить часть пара в трубу для создания тяги. Потом еще подождать около часа, и на девяти атмосферах запустить паровоздушный насос — тормоза обеспечить. На все про все — часов семь — восемь, уж никак не меньше! |