Книга Земский докторъ. Том 5. Красная земля, страница 70 – Андрей Посняков, Тим Волков

Лебедев взвалил свой ранец на плечи, поправил ремни, глянул на доктора.

— Я поеду с вами, Иван Павлович. Одному вам все не довезти. И… опасно. Мне тут все равно больше делать нечего, — он горько махнул рукой в сторону пустых коридоров дворца.

Доктор хотел было возразить, но посмотрел на решительное лицо товарища и кивнул.

— Поедем вместе. Спасибо, Леонид.

Теперь нужно было найти Гладилина.

Они вышли из Зимнего, снова предъявив пропуска караулу. У подъезда их уже поджидал тот самый «Рено» с шофером-красногвардейцем.

— В Смольный? — крикнул шофер.

— В Смольный! — подтвердил Иван Павлович.

Прокатились по пустынным улицам.

У входа в Смольный кипела еще более оживленная и нервная толпа, чем несколько часов назад. Кричали, спорили, курили махорку. Часовые едва сдерживали натиск.

— Товарища Гладилина! Сергея Сергеевича! Тьфу ты, то есть товарища Артема! — принялся расспрашивать Иван Павлович у всех, кого видел в красных повязках. — Делегат из Зарного!

Один из комендантов, нервный молодой человек с наганом на боку, отмахнулся:

— Гладилин? Его тут нет! Съезд на перерыв ушел. Кто-то в буфет, кто-то по кабинетам…

— А где его искать? Он где остановился?

— Не знаю! Спросите в мандатной комиссии, на втором этаже!

Они пробились на второй этаж. В длинной очереди у дверей с табличкой «Мандатная комиссия» простояли добрых полчаса. Чиновник в пенсне, к которому они наконец прорвались, раздраженно покопался в бумагах.

— Гладилин… Гладилин… Вот. Получил пропуск в гостиницу «Астория» на сутки. Номер 314. Больше ничего не знаю.

Снова «Рено», снова промозглые улицы Петрограда. У подъезда «Астории», бывшего символа роскоши, теперь тоже стоял патруль матросов. Внутри царила странная смесь былой элегантности и нового, революционного уклада. За стойкой администратора сидел не франт в ливрее, а угрюмый тип в кожаной тужурке с маузером на столе.

— Гладилин? Номер 314. Поднимайтесь. Только документы предъявите сначала.

В длинном коридоре пахло пылью и щами. Постучав в дверь 314 и не получив ответа, Иван Павлович попробовал нажать на ручку. Дверь была не заперта.

Номер был пуст. На кровати лежала смятая простыня, на столе стоял недопитый стакан чая, валялись окурки. Словно хозяин вышел на минутку и не вернулся.

— Где же он? — с отчаянием прошептал Лебедев.

Они спустились обратно. Администратор-чекист пожал плечами:

— Ушел. Сказал — в ЦК, по делам. Больше не появлялся.

ЦК. Снова Смольный. Круг замкнулся. Было уже поздно, начинало смеркаться. Фонари не горели. Потемневший город накрывало тревожной, непроглядной ночью. Нет, возвращаться туда уже не успеем — опоздаем на поезд. Нужно было спешить на станцию.

Иван Павлович уже готов был ехать без Гладилина, как вдруг у подъезда «Астории» с скрипом тормознул еще один автомобиль — темный, потрепанный «Паккард». Из него, энергично распахнув дверцу, вышел сам Сергей Сергеевич Гладилин.

— Иван Палыч! — его уставшее лицо озарилось улыбкой. — Слава богу, я вас застал! Я уже думал, вы уехали.

— Сергей Сергеич! Мы как раз… записку вот хотел написать вам… — начал было доктор.

— Понимаю, — Гладилин махнул рукой. — Планы просто у меня поменялись, вот и задержался. Только что из Смольного. Там… там такое, Иван Палыч! — Он понизил голос, хотя вокруг кроме шофера и патруля никого не было. — Меня выдвинули. Утвердили. Первым секретарем Зареченского уездного комитета РСДРП (б).