Онлайн книга «Новая жизнь»
|
Лишь бы Субботин не кочевряжился. В военное-то время, да против земства? Не посмеет! Даже и такой вот тип. Не хотелось бы, конечно, с ним лишний раз встречаться, но… Надо, так надо, что уж тут говорить! Зайти, договориться обо всем, заодно самому пообедать — так сказать, пробу снять. А что? Жалованье вполне позволяло. А к Аннушке… Потом, на обратном пути… Или, не говорить ничего? Так все равно ж, рано или поздно, узнает… И что, все это время — маяться? Трактир господина Субботина к фешенебельным заведениям, конечно же, не относился. Но, все же, крыльцо было выскоблено, окна помыты, а внутри даже играла музыка — за стойкой виднелся музыкальный автомат, куда вставлялись большие металлические диски с дырками — этакая шарманка. Да, музыка был довольно однообразной, однако ж, не надоедливой и разговорам отнюдь не мешавшей. В отличие от громкого до звона в ушах граммофона. Стойка, бутылки с водкой и вином, из кухни пахло чем-то вкусным. — Прошу-с, прошу-с, господин доктор! Завидев посетителя, тут же подскочил проворный официант (или, как их тогда называли — половой). Молодой, лет семнадцати, парень в жилетке и с перекинутым через согнутую руку полотенцем. — Присаживайтесь, прошу-с… Чего изволитесь-с? — А что у вас есть? Все же, да — хотелось бы самому продегустировать, как тут кормят и чем. — Водочка-с! Стопка — пятак! Настоящая «казенка» смею вас уверить! Ну да, ну да, настоящая… как же! У такого-то выжиги-хозяина? Да, наверняка, разбавили уже, успели… — Да, да, настоящая! Красноголовка-с! — хвастливо приосанился половой. — Есть и белоголовка — двойной очистки-с! Но, та уже по семь копеек. А, в конце-то концов — почему бы и нет? Стопочку для аппетита. И так, немного расслабиться… Эх, Анна Львовна… «Почти что жена»… — А насчет запрета не волнуйтесь! У нас тут — не так строго… — торопливо заверил половой. И подмигнул. — А коли боитесь, там можем и в чайнике подать! Или не водки — конъячку, на нег закона нету! — А неси грамм пятьдесят! — Э-э… понял! — На закуску что имеется? — Огурец соленый… Копейка! Во всех трактирах такая цена-с. В трактирах, да… А вот на рынке — Аглая как-то рассказывала — соленые огурцы по две копейки дюжина! Впрочем, огурцы у Аглаи свои… Вкуснейшие! — Так, а что тут у вас есть покушать? Суп там… или еще чего… — Все есть! — парень горделиво выпятил грудь. — Щи кислые, борщ с мясом, к нему сметана. Есть и пустой борщ, постный… Однако, ныне ж день скоромный… На второе осмелюсь предложить жареную вязигу с картошкой, французский антрекот, фрикассе… Еще имеются салаты-с — редиска, огурцы, лук… Заливное из судака, грибной жюльен, так же белые грибы жареные… Выбор хорошо! Аж слюнки потекли! — Давай и борщ, и грибы… и заливное! — от всех этих перечислений у доктора давно уже заурчало в животе. — И это, сколько все стоит — посчитай. — Ровно тридцать две копейки-с, сударь! — махнув полотенцем, тут же выпалил половой. — Это, если с хлебушком… — С хлебушком! — И… и что же, пивком не запьете? — А есть пиво-то? — Да как не быть? «Староградское», «Светлое» — по двадцать пять копеек-с. «Мюнхенское» и «Венское» нынче не держим — непатриотично-с! Кроме самого доктора, в трактире за столами никто не сидел. Однако же, постоянно сновали какие-то люди, по виду, извозчики, рабочие с железной дороги, мелкие торговцы — офени… Все выпивали прямо за стойкой, закусывали огурцами и уходили. |