Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 256 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Строптивую деву держали отдельно от других пленников, в дальнем углу трюма, рядом с крюйт-камерой, куда вел запасной люк – единственный источник света. Зажигать любой огонь строго-настрого запрещалось – мог взорваться хранившийся здесь порох.

— Э-эй, ты не спишь? – вглядываясь в полутьму, негромко спросил юнга.

Не услышав ответа, покачал головой и стукнул себя по лбу: английского языка девчонка явно не знала – чего было и спрашивать?

— Хм… не знаю, как тебе и сказать даже…

Одетая в рваное, когда-то нарядное платье, пленница лежала, прикованная цепью к вбитому в переборку кольцу, никак не реагируя на Джереми – даже не повернула голову. Может, и впрямь спала?

— Ну, проснись же!

Юнга осторожно дотронулся до обнаженного плеча. Девушка повернула голову, глядя мимо отрока, непонятно куда.

— Вот, тут хлеб, мясо. А здесь, в кружке – вода.

Пленница даже не моргнула.

— Ты красивая, – улыбнулся Джереми. – И я б хотел, чтоб ты знала – они неправильно с тобой… нехорошо. Я б так никогда не сделал! Не веришь? Не веришь, я вижу. Ишь, как глазами-то зыркаешь. А я ведь злого-то тебе не хочу. Что смотришь? Понимаю, что надоел – ухожу. А еду я оставлю, и вот – вода. Думаю, от нее-то ты не откажешься.

Хлопнул люк, и в трюме стало темно, как в преисподней. Дождавшись, когда вверху, на палубе, затихли шаги, Хлейко, не обращая внимания на еду, потянулась к кружке… но тут же отдернула руку… и снова потянулась… и снова отдернула, словно бы боролась сама с собой. После всего случившегося ей сильно хотелось умереть… но пить хотелось больше. И вода пришлась как раз кстати, вкусная и холодная вода из ручья.

Оказавшись на палубе, юнга недолго оставался без дела – всего-то пару минут и посмотрел, с каким азартом вахтенные резались в кости, а потом парня снова подозвал шкипер, велев отнести пищу и другому узнику, куда как более привилегированному – по крайней мере, пока. Речь шла о пресловутом золотоносном болтуне, еще сохранившем все свои побрякушки и помещенного не в трюм, а в каморку корабельного плотника, правда, запертую снаружи на большой висячий замок, ключ от которого и вручил юнге шкипер:

— Смотри только не потеряй, а то лично тебя выпорю!

— Не потеряю, сэр, – истово заверил Смит. – Как можно?

Плотницкая каморка располагалась в носовой надстройке, там же, где и камбуз, так что далеко таскаться не приходилось, да и не с чем особо было – та же солонина, да лепешка с водой. Хмельное и рыбу еще вчера матросы уничтожили подчистую.

Погремев ключами, юнга отпер замок и отворил дверь, с любопытством глядя то ли на пленника, то ли на гостя. Совсем молодым оказался этот пленник-гость, темноглазый, худенький, с такими же длинными волосами, как и у Джереми… да и возраста примерно такого же – только важный, не приведи господь! Как же – весь в золоте ходит! Только вот кому это золото достанется – ясно. Уж точно не этому чертову дикаренышу! Вообще-то, этот парень на дикаря не особенно-то и походил – ну, смуглый, ну, глаза темные, а лицо обычное, ничуть не скуластое – да таких ребят в том же Плимуте пруд пруди.

— Здрав будь, боярин, – увидев юнгу, дикаренок приподнялся на узкой лавке, улыбаясь юнге, словно лучшем своему дружку.

Джереми фыркнул:

— Никакой я тебе не барон, понял? А-а-а, по-английски ты же не говоришь… А я по-русски, честно сказать, плоховато. Меня Джереми зовут, кстати. Дже-ре-ми! На вот тебе воды, лепешки, мясо – ешь, пей.