Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 106 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— Что делать нашим сир-тя, Матвей? – глядя на мнущихся носильщиков, спросила Митаюки. – Которые носить пищали назначены?

— Язычникам? – ватажник мельком глянул на полуголых воинов, имеющих из оружия только палицы с набалдашником из речной гальки, и безразлично отмахнулся: – Пусть спины прикрывают.

— Вы должны идти за спиной белых иноземцев! – перевела молодым воинам чародейка. – И следить, чтобы никто не напал на них сзади.

— Да, белая хозяйка, – поклонились сир-тя.

Прозвучавшего звания Митаюки в первый миг не поняла, но потом сообразила: ее считали хозяйкой белокожих воинов. Враз повеселев, ведьма ткнула пальцем в двух парней видом покрепче:

— А ты и ты, будете охранять меня. Как вас зовут?

— Ибедор-ци, белая госпожа, – ответил парень с приплюснутым носом.

— Вэсако-няр, белая госпожа, – поклонился остроносый.

В остальном они были похожи, как братья: черноволосые, с заплетенным на затылке хвостом, синеглазые, круглолицые, с выпуклым подбородком, на голову выше Митаюки и вдвое шире ее в плечах, в замшевых туниках без рукавов. Дети одного племени…

В верховьях реки наконец-то послышался треск и шелест. Могучая армия Верхнего Ямтанга наконец-то добралась до Зеленого переката, и теперь выходила на него, затаптывая сочный ломкий камыш.

Племя, поклоняющееся двуногам, смогло набрать не меньше трех сотен воинов, одетых сплошь в красные туники – словно в черничнике среди ягод всю ночь валялись. Примерно половина несла копья, половина шла с большими, в рост человека, тугими можжевеловыми луками. Тут и там поблескивали золотые амулеты вождей. Колдуны в масках, знамо, двигались самыми последними.

Зашевелились горожане Пы-Ямтанга, выходя на мелководье и вытягиваясь меж берегами редкой толпой – копейщики впереди, лучники сзади. Точно так же стали разворачиваться и их враги.

И тут, подавляя всех вокруг своей шаманской силой, появился великий колдун тотемников! Он не шел, он ехал на загривке сильного молодого двунога ростом втрое выше человека. Любому смертному, даже далекому от чародейской мудрости, было понятно, каких высот знания достиг сей сир-тя, с легкостью повелевающий злобным могучим зверем. Тот даже не пытался содрать с себя упряжь, на которой восседал его повелитель, и медленно ступал среди остальных, пеших шаманов, не обгоняя их, но и не отставая.

— Матвей? Силантий? – негромко спросил Штраубе.

— На пределе, немец, – пригладил бороду Силантий.

— Дык, подъезжает, нехристь, – ответил Матвей. – Знамо, на пределе. Но достать можно.

— Попытка не пытка, – перекрестился Силантий. – Ну-ка, племяш, фитили нам запали.

Двуног, водя головой из стороны в сторону, открывал и закрывал пасть, громко клацая зубами.

Кудеяр суетливо высек на трут искру, запалил от нее бересту, от бересты – кончики нескольких фитилей и поспешно начал заправлять их в замки.

Армия Верхнего Ямтанга почти развернулась в несколько рядов – копейщики впереди, лучники сзади. Шаманы приближались к задним рядам.

Казаки, стоя бок о бок, положили пищали на низкий толстый сук осины.

— Три, – сказал Ганс Штраубе, – Два… Пали!

Три выстрела слились в один упругий грохот – и тотчас великий колдун, вдруг всплеснув руками и привстав, повалился назад и скатился со спины зверя. Двуног радостно зарычал, заставив прыснуть в стороны прочих шаманов и простых воинов, запрыгал, крутясь, наклонился, сцапал тело своего недавнего седока, подбросил, перехватил в воздухе, перемалывая челюстями и побежал к лесу, заглатывая на ходу недавнего хозяина.