Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
— Ты, что ль, Карасев Дрозд? Казачина заулыбался, растянув рот до ушей – еще бы, признали! — Язм, атамане! А это вон други мои, Лютень Кабаков да Шафиров Исфак. — Ага, – ухмыльнулся атаман. – Белобрысый – татарин, значит. — Наш татарин, добрый. Из строгановских. — Вижу, что наш, – опираясь на борт, Еремеев хмыкнул и, сплюнув в воду, спросил: – Нас, что ль, догоняете? Вся троица дружно кивнула, ответствовал же за всех Дрозд: — Знамо, что вас, батюшка атамане. — И зачем же? – Иван пристально всмотрелся в троицу. Вообще-то, ему сейчас каждый казак помехой не был. — Дак это… – Карасев схватился за шапку, словно бы собрался залихватски швырнуть ее оземь, да вовремя опомнился – вода ведь кругом! – К ватаге твоей хотим пристать. — Я понимаю, что хотите. Вот и спрашиваю: зачем? — За золотом, – с подкупающей простотой, не раздумывая, отозвался казак. – Про золотого поганского идола прослышали. — От кого прослышали? – все не успокаивался атаман. – Это мои, что ли, языками почем зря мололи. Наказывал ведь… Дрозд махнул рукой: — Не, господине, не твои. От вогуличей слышали, да и Ермака Тимофеича слуги шептались – а им кто сказал, не ведаю. Выслушав сидевших в челне людей, Еремеев обернулся к своим казакам: — Ну, что, парни? Примем их в круг? Карасев Дрозд, Лютень Кабаков да Исфак Шафиров… любы ли? — Любы, атамане! Слыхали – воины добрые. Пущай будут, чего уж. — Что ж, – повернувшись, Иван махнул рукой. – Так тому и быть… Понимаю, что атаман вас не отпускал… — Да мы, господине, не спрашивались. — Простота святая! – отец Амвросий взял атамана за локоть. – Может, не следовало их принимать? Беглецы ведь. Плыли бы своей дорожкой… — За нами бы приглядывали, – в тон ему отозвался Еремеев. – Может, и удар в спину бы нанесли. Нет уж! Пусть лучше на глазах будут – тут-то мы сами за ними приглядим. К вечеру пристали к берегу – запалили костры, напекли, наварили пойманную за день с борта стругов рыбу – сига, сомов, нельму, не брезговали и мелочью – налимом, форелью, щуками, все съели в охотку, только вот песен сегодня не пели – атаман запретил, мало ли кто тут по лесам шастает? Казаков-то нынче всего около сотни. Осторожный Афоня Спаси Господи вообще предложил ночевать в стругах, да еще и встать на якоря подальше от берега. Остальные казаки парня подняли на смех – ну, Афоня, ну, учудил. Еще бы предложил девок в караул выставить – то-то от вражин упаслись бы! Атаман, подумав, на людишек своих цыкнул: — Что, ровно кони крестьянские, ржете? Афанасий дело говорит, токмо вот на реке мы, не на море. А у вогуличей да остяков, что по берегам местным живут, всяко челны имеются. И какой тогда смысл в стругах ночь коротать? Захотят напасть – нападут, не посуху, так на лодках. Лучше сторожу понадежнее выставим. Как сказал атаман, так и сделали – разбили шатры, шалашиков из лапника понаделали, а кто и так, под ель завалился, в тулупчик завернувшись изрядно, – ночи-то уже стояли холодные, по утрам у бережка ледок потрескивал… Неделя-другая – и зимовье искать. Впрочем, зимы да осени разные бывают, может, эта мягкой окажется, тогда подале можно будет проплыть… хотя о зимовке уже сейчас начинать надо думать, скоро и местечко удобное выбрать, землянки копать, как у остяков-вогуличей, крыть бревнами, да настилать крышу дерном. Такая землянка хорошо тепло держит, и ладить ее быстро – чай, не изба, не хоромины. По поводу же зимнего прокорма у атамана голова не болела – зверья в лесу полно, а в реке – рыбы, хоть голыми руками лови. Соль, перец, шафран да маслице конопляное с собой было припасено, взято, так же и мучицы… одначе и соль, и муку экономить надо бы, потому и не жировали – рыбы да дичины ешь от пуза, а вот чтоб посолить – то у атамана спроси. Остяки да вогуличи – те вообще почти без соли ели. |