Книга Довмонт: Неистовый князь. Князь-меч. Князь-щит, страница 53 – Андрей Посняков

— И заберу всех своих людей из Утены!

— Да. Надеюсь, наш друг Даумантас не будет препятствовать этому.

— Пускай проваливают! – нальшанский кунигас хмуро махнул рукой. – Скатертью дорожка.

Наримонт ничего не сказал, лишь улыбнулся – недобро этак, зловеще. Так улыбалась бы болотная жаба, умей она улыбаться. Заклятые враги и родственники – Наримонт и Довмонт – общались друг с другом лишь при посредничестве Тройната, всеми силами старавшегося не допустить никакого конфликта. Слишком уж ему были нужны оба. Все правильно рассчитал хитрый жмудин, помощь утенцев и нальшан пришлась в битве как нельзя более кстати. Нынче крестоносцы разбиты, да. Но это не значит, что они не нападут вновь. Миндовг же, чтоб ему икнулось, бросил их Жемайтию в обмен на корону! Швырнул, как собакам кость. И собаки в эту кость впились, так просто не отдадут.

— Следует готовиться к новой битве, братья, – вздохнув, молвил Тройнат. – Получив свои земли, будьте готовы выступить по первому моему зову.

Довмонт поднялся со скамьи, наскоро сколоченной из толстых досок и покрытой толстым слоем сукна:

— Не беспокойся, друг!

— Мое войско придет! – в свою очередь вскочил Наримонт. – Не знаю, как у этого…

— Ты кого назвал «этим», урод?

Соперники вмиг выхватили мечи…

— А ну, прекратить! – заорал жмудин. – Я кому сказал? Живо вложили мечи в ножны! Вот, так-то лучше. Наримонт… ступай вместе с нашим славным криве. Подготовьте пленников к жертве.

Жрец и князь, поклонясь, вышли, и Тройнат перевел дух. Покусав ус, громко позвал слугу, находившегося у входа:

— Принеси-ка нам вина. Того, что захватили в обозе. Небось, не все еще выпили?

— Как можно, государь?

Государь… Вот ради этого слова Тройнат готов был терпеть всё и всех, засунув в задницу свою гордость. В первую очередь терпеть напыщенного индюка Миндовга. Король, чтоб ему пусто было! Договорился он с рыцарями, ага… как же! Плевали они на все его договоры.

— Плевали они на все договоры, – вслух протянул князь… теперь уже не просто князь, а великий князь Жемайтский.

— Это ты про тевтонцев? – усевшись на лавку, Довмонт хлебнул вина из походного кубка. Красивого, серебряного – тоже трофейного, как и белое рейнское вино.

— Про них, про кого же еще? Эти собаки не успокоятся, ты же понимаешь.

— А если их успокоить? – нальшанский кунигас вдруг хитро прищурился, искоса посмотрев на своего сюзерена. – Ну, напугать.

— Ежа – голым задом? – скептически усмехнулся Тройнат. – Уж ты-то наверняка понимаешь: если б не пруссы и курши, мы б тут сейчас не сидели.

— Надо сделать так, чтоб они не сунулись в Жематию, вообще в Литву, – Довмонт почесал бородку. – С Миндовгом они не очень считаются… а если Миндовг будет не один? С кем можно дружить против рыцарей?

— Со Псковом можно, с Новгородом, – поняв идею, князь хлопнул в ладоши. – А лучше – с великим князем Владимирским Александром! Он ведь в русских землях за главного. Так татары сказали! И в Новгороде – его сын. Ай, молодец, Даумантас, ай, молодец!

— Пойдет ли на это Миндовг? Он ведь католик, а русские – православные.

— Пойдет, – задумчиво кивнув, Тройнат внимательно взглянул на кунигаса. – Ты что замолк-то? Вижу, у тебя еще какая-то задумка есть? Ну?

— Ну, есть, – Довмонт скромно опустил глаза. – Надо, чтоб Пруссия вспыхнула. Чтоб восстали все курши, эсты. Чтоб у крестоносцев земля под ногами горела!