Онлайн книга «Довмонт: Неистовый князь. Князь-меч. Князь-щит»
|
— Конечно, не помешает мой дорогой де Шализ! — Зовите меня просто – Альбер! И, умоляю, без этого германского «Т» – Альберт. Ужас! — Да, – согласно покивал князь. – Это «тэ», пожалуй, уместно лишь на кресте святого Антония! — И на шлемах кнехтов! Оба тут же расхохотались. Князь и его новый друг говорили, конечно, на грубом верхненемецком диалекте, принятом в Ордене, отнюдь не по-французски. Собственно, единый французский язык еще только складывался, жители южной Франции (Лангедок) плохо понимали северян (Лангедойль), и лишь немногим лучше обстояли дела между западом и востоком. Да и Франции, по сути-то, еще не было – лишь чересполосица феодальных владений. — Смотрю, тут у вас весело, дорогой Альбер! — О, только лишь иногда, я вас уверяю! Но вы еще не видели обеда… Там может быть и веселье. Правда, довольно грубое. — Посмотрим! Боюсь спросить… А как у вас насчет женщин? — Ах, Луи! Вы, я вижу, истинный рыцарь! – собеседник шутливо погрозил пальцем. – Женщины здесь, увы, только падшие. Ну, или пленницы… Без всякой куртуазности! К слову, бывают и премиленькие! — И сейчас есть? — Так и есть… Аж целых четыре штуки, мой друг! Две бродяжки – грудастые, в самом соку! Да они и сами не против – веселые! На пиру увидишь… И две русские девицы… Только не спрашивай, как они у нас очутились! Пока… Одна совсем еще юна, ее отец Арнольд пользует, только вовсе не любовно… И еще одна – та постарше, красавица, шарман, но… дикая, словно рысь! Брату Цвеллеру едва не выцарапала глаза, брату Францу прокусила руку! — Ого! — Говорю же! — Неужто, так дика? Я, мой дорогой Альбер, заинтересован! Люблю вот таких… горячих… Можно ли ее… как-нибудь… — Все можно! – приложив палец к губам, рыцарь понизил голос. – Но! Я вам этого не говорил… — Дай уж на «ты», Альбер! Мы же друзья? — Друзья! А с девкой… с девкой я что-нибудь да придумаю, да… Хотя, признаюсь честно, в ближайшие дни вряд ли выйдет. — Почему же, друг мой? – поднял глаза князь. — Видишь ли, Луи… Все наши запасы вина и браги уже подходят к концу… А пополнить их пока что не представляется возможным – брат Готлиб, наш каштелян, прижимист, как черт! И очень любит считать не свои деньги. — Считать не свои деньги… Привычка бедняков! — Вот именно! Именно таков и брат Готлиб. Если б не Орден, побирался бы у себя в Бремене на паперти и… — Ах вот как… Так я бы мог… В дверь постучали. Довольно сильно, кстати, сказать. — Входите! – махнул рукой князь. Заскрипев, дверь отворилась, и на пороге возник молодой парень в синей рыцарской коте – крепкий, кровь с молоком, но с перевязанной головою… — Я это… слышу – тут голоса… — Это Карстен, наш славный рыцарь из Дании, – представил де Шализ. Довмонт гостеприимно махнул рукой: — Садитесь, Карстен, прямо на ложе, без церемоний. Пить будете? — Буду! Ага. Теперь выпили на троих… Кувшинец и кончился! Ох… какое же глуповатое лицо у этого датчанина! Может, потому что молод? С возрастом пройдет. Если доживет, конечно… — Знаете, что? – заговорщически подмигнул князь. – Я ведь хочу угостить всех! Ну, в честь моего приезда. — Поистине, это достойно благородного рыцаря! — Тогда подскажите – где поблизости можно купить вина… или хотя бы браги? — А в корчме у Яна! – хором воскликнули собутыльники. — Так я сейчас скажу своим людям… |