Онлайн книга «Неистовый князь»
|
— Догнать! – сунув меч в ножны, князь бросился к деве, приподнял, перевернул… И содрогнулся от ужаса! Нет, это была не Рогнеда, а одна из княжьих рабынь, наложниц, после крещения отпущенная на свободу. Живот ее был вспорот, кишки вытащены и прибиты к столбу… вокруг которого несчастную и гнали кнутами, покуда не умерла – то ли от потери крови, то ли от болевого шока. — Ах, милая… – поднимаясь, Довмонт стиснул зубы. – Ну, погоди, погоди… Хоть я и православный, но эта мерзость не останется неотомщенной! Никогда! Из лесу уже вели пойманных палачей. Жаль, только двоих. — Остальных пришлось убить, – виновато доложил Гинтарс. – Слишком уж быстро бежали. Глянув на истерзанное тело, юноша побледнел и замолк. Подошедшие воины и тиун молча сверкали глазами, юного Родьку же от увиденного рвало в ближайших кустах. Гнетущую тишину, повисшую над поляной, прервал глухой стон, донесшийся из росшего рядом ельника. Вопросительно посмотрев на князя, Гинтарс тотчас же бросился туда, прихватив с собой пару воинов. Изловленные злодеи вели себя странно – не вырывались, не просили пощады, просто стояли, как статуи, уже готовые к смерти. В глазах их не было и следа раскаяния или страха. — Вы расскажете всё, – щурясь, зловеще пообещал Довмонт. – Мы подвергнем вас тем же пыткам… Начнем вот с тебя! Кунигас кивнул на одного из злодеев, крепкого и высокого парня с круглым, ничего не выражающим лицом и пустым взглядом: — Возьмите его! Взрежьте живот, прибейте к столбу кишки. Ну! Воины дернулись… — Постой, князь! – прозвучал за спиной знакомый голос. Довмонт обернулся: — Рогнеда! Ты… Ты жива! — Еще б немного – и была бы уже не жива, – грязная, с синяком на скуле и заплывшим глазом, разбойница неожиданно улыбнулась… впрочем, улыбка ее тут же сошла, уступив место скорби. — Там еще мальчишка, наш слуга… рвет его, – тихо пояснил Гинтарс. – Они в ельнике были, связанные. — Ждали своей участи, – Рогнеда невесело усмехнулась и, искоса взглянув на Довмонта, повысила голос: – Смертью ты их не испугаешь, князь. Даже самой лютой. Это же твои земляки – язычники-литовцы. А этот столб – идол, кумир. Они вырезали его уже здесь, ты глянь! Вот тут только Довмонт посмотрел на столб повнимательней, разглядев вырезанную острым ножом дьявольски ухмыляющуюся маску! — Пикуолис, – по-литовски промолвил Довмонт. – Никак ты не хочешь отстать от меня… Все правильно: сначала принести в жертву наложниц и слуг, потом – их господина. Так приятнее богу… Так вы к нему собрались, эй, дурни? Кунигас хмуро посмотрел на злодеев и ухмыльнулся: — Я знаю, кто вас послал. Не христианин Войшелк, нет… Тот не стал бы поганить свою душу. А вот давний мой враг Гердень… занявший нальшанский престол по воле Войшелка… Гердень – да! — Что будем делать, княже? – подойдя, тихо спросил тиун. – Ты и в самом деле собираешься… Довмонт дернул шеей: — Нет! Тешить сатану я не стану… Лиходеев повесить… во-он на той сосне. Деву похоронить по-христиански. Вечером помолимся за нее и помянем… Рогнеда! Ты с нами? — Если перевезете через реку – буду благодарна, – девушка передернула плечами, кажется, ее уже знобило, трясло. — И все же я бы предложил… — Нет, князь. У меня свои пути-дорожки. Но мы еще свидимся. — Надеюсь. Идем! Язычники приняли смерть стойко, без всяких эмоций. Так ничего и не сказали, ни единого слова не произнесли, даже не выругались. |