Книга Генерал-майор, страница 65 – Андрей Посняков

— А вон и дорога! – первой заметила Танечка. – Бежим?

Дорога – это было плохо. Вьющаяся средь заливных лугов колея не шибко напоминала многолюдный наезженный тракт. Переправившись через реку бродом, всадники вполне могли нагнать беглецов, как бы те ни бежали. Значит, можно уже не бежать.

— Постой, душа моя… Теперь просто пойдем. Нет, не по дороге… Во-он к тому лесу пойдем… Ого! Что это у тебя?

Вот только тут Давыдов, наконец, заметил браслетик на левом запястье девушки. Блестящий, красивый, изящный. С иероглифами и… изображением женщины с головой змеи, богини Мерт-сегер, хранительницы покоя мертвых! Значит, и у нее этот знак… Знак смерти!

— Откуда у тебя этот браслет, милая? – взяв девушку за руку, встревоженно спросил Денис.

— Глушковский передал. Наш балетмейстер. Как раз для египетских танцев.

Услыхав донесшееся с реки лошадиное ржание, Танечка испуганно оглянулась.

— Вброд пошли, – прислушался гусар. – И нам бы надобно побыстрее. Эх, догонят! На открытой местности не уйдем.

— Так ты ж сказал – к лесу? – балетная хлопнула глазами. – Думаешь, не успеем?

— Вряд ли.

— Тогда можно там схорониться, в траве. – Танечка кивнула на луг, уже не такой густой, как летом, но все же хотя бы так. – Просто, если мы ляжем…

— Если ляжем – замерзнем, – хмуро предупредил Дэн и тут же поинтересовался, откуда у нищего балетмейстера такая дорогая вещица, золотой браслет?

— Сказал, ему передали… для меня. – Красотка загадочно улыбнулась и, поправив растрепавшиеся локоны, уточнила: – Так – в траву?

— В траву, – сухо кивнул гусар.

Похоже, и в самом деле беглецам больше ничего не оставалось: до леса не успели бы.

— Кто передал, толком неизвестно. – Выбирая место, где спрятаться, девчонка все же не забыла про браслетик. – Какая-то важная особа. Правда, Адам намекнул…

— Адам?

— Ну, Глушковский же! Сказал, что… Ах, даже вымолвить не могу! Хотя… говорят, это сам великий князь! Вот, здесь, похоже, подходяще… И трава мягкая. – Девушка наклонилась и, погладив траву, отдернула руку: – Ой! Холодно! И сыро…

— Да, сыро, – согласился Денис. – А великий князь… Очень может быть, очень… Но – не факт!

— Так что, прячемся?

— Прячемся… Хотя постой! Поздно уже… Нас, похоже, заметили.

Танечка, ахнув, оглянулась: по наезженной колее, лугом, переваливалась на ухабах коляска, запряженная парой вороных. Обычная такая двуколка, не сказать, чтоб очень изящная или богато украшенная. В таких ездили помещики средней руки или купцы третьей гильдии, усадив на козлы осанистого кучера. Здесь, правда, кучера не было, то есть вместо кучера лошадьми правил вальяжный господин в темно- синем сюртуке и небрежно накинутом на печи тяжелом плаще-крылатке. Голову его венчала дородная шляпа с широкими полями, лицо же вдруг показалось Давыдову знакомым… Чуть вытянутое, с небольшими усиками и бородкой…

— Господин Ураковский! – вдруг воскликнула Танечка и, обращаясь к Денису, пояснила, что сей господин в последнее время бывал на всех спектаклях, дарил цветы и частенько устраивал угощение для всех артисток.

— Точно, Ураковский. – Давыдов хлопнул себя по лбу. – Как бишь его… Не помню.

— И я не помню! – счастливо засмеялась беглянка. – Кажется, Станислав… Но! Мы ведь теперь спасемся? Уедем, да? Господин Ураковский! Эй! Эй! Скорее сюда!