Онлайн книга «Тевтонский Лев»
|
— Да-а-а… Окинув взглядом апартаменты, Тевтонский Лев несколько заколдобился. Не сказать, чтобы господин ланиста жил в пошлой роскоши или в полном непотребстве, но стиль загромождавших большую комнату вещей можно было назвать даже не эклектикой, а скорее винегретом. С миру по скрепке — голому кольчуга. Какие-то колченогие стульчики, кресла, шкафчики, все из разных пород дерева и настолько безвкусно подобранные, что хотелось расплакаться или захохотать. А если еще прибавить целую кучу разномастных светильников, свечные огарки, какие-то блюда, кувшины… — Ничего. — Усевшись на ложе, Алезия подняла с полу блюдо и улыбнулась. — Здесь много красивых и дорогих вещей. В дверь постучались — мальчишка принес из таверны вино и оливки с сыром. — Выпьешь? — Виталий посмотрел на девушку. — Да. — Та кивнула. Выпив, Алезия поднялась на ноги и грациозно сбросила плащ, оставшись в одной короткой тунике без рукавов, с глубоким разрезом на груди. Снова улыбнулась, потянулась к кувшину с вином… — Я налью. Виталий поспешно протянул руку, да так неловко, что едва не уронил кувшин… хорошо, Алезия успела подхватить… Глаза молодых людей встретились… И вот уже губы слились в поцелуе, сначала робком, а потом уж и в полную силу. Рука гладиатора проникла в разрез, лаская девичью грудь, упругую, с набухшим соском… И вот уже туника соскользнула с плеч, и молодой человек осторожно опустил девчонку на ложе, с жаром целуя в грудь, в пупок, над которым расправил крылья небольшой синий журавлик… Бездонное море страсти нахлынуло, поглотило обоих, увлекая на самое дно, откуда, казалось, уже невозможно было выплыть. Да и не хотелось. Алезия разбудила Виталия ранним утром. — Беторикс… мне пора. — Что? Ах… уже уходишь? — Молодой человек живо обхватил не успевшую еще одеться девчонку за талию. — А что, если я тебя немного задержу? И тут же, посмотрев подруге в глаза, накрыл ее губы своими, лаская нежное и гибкое тело со всей вновь нахлынувшей страстью, как очень часто бывает, когда вроде бы пора уже и расстаться после бурно проведенной ночи, когда попрощались уже, но… Алезия не сопротивлялась. Лишь потом… — Ах, милый мой… можно наконец я оденусь и пойду? — Ты… тебе было со мной хорошо? Ответь честно. — Хорошо. — Похоже, девчонка ничуть не лукавила. — Клянусь Везуцием и богами плодородных полей. — Приходи еще. — Ты этого хочешь? — Да. Так придешь? — В свободное от работы время? — Девушка грустно усмехнулась, хотя ее явно тянуло заплакать. — Я… я здесь недавно… И поверь, убила бы себя, если бы… Впрочем, к чему тебе знать? — Что знать? — Ничего. Прощай. — Постой! — Гладиатор ухватил ее за руку. — Ну постой же… Я даже не знаю, как сказать… В общем — хочешь жить со мной? Только со мной. Я попрошу ланисту, и у меня есть кое-какие деньги, хватит заплатить Конкордии за несколько месяцев. Алезия отвернулась к окну, нервно теребя край плаща. Виталий подошел сзади, обнял. — Ну так как? — Предлагаешь мне стать твоей наложницей? — Девушка резко обернулась, в бездонных голубых глазах ее вспыхнуло презрение. Вспыхнуло и тут же погасло. — Впрочем, пожалуй, для меня сейчас это лучший выход. Коль уж я не вправе себя убить… — О чем ты говоришь? — О своем… Что ж, я согласна, если ты все устроишь. В конце концов, ты мне не противен, и, самое главное, тебе есть за что ненавидеть римлян, а это для меня кое-что значит, поверь! |