Книга Тевтонский Лев, страница 160 – Андрей Посняков

На этом челне мертвых голов не было — почти все его пространство занимала деревянная клетка, скорее просто огромная корзина из гибких ивовых прутьев, осмоленная снаружи. Внутри нее лежала Алезия — обнаженная, привязанная за запястья и щиколотки, с вздымающейся грудью и гневно распахнутыми глазами. Едва ладья причалила к берегу, девушка принялась гнусно ругаться, и Виталий озадаченно ухмыльнулся — он и не догадывался, что его благоверная знает такие словечки. «Бесхвостые суки», «падаль» и «кастрированный шакал» — самые мягкие из них.

— Эй, косматый козел! Ты, ты, гнусный старик. Напрасно ты спрятался за маской, Цернут! Это ведь ты убил моего отца и брата. Как же ты смешон, ублюдок! Эй вы, чучелы! Вы, кстати, знаете, что Цернут обычно занимается любовью с козлом? А еще была у него одна курица для той же цели. Ах, я еще забыла про ягненка. Что глаза пялишь, кошкин сын? Ответить нечего? Знаешь ведь, что я правду сказала.

— Заткнись! — Не выдержав издевательств, друид гневно сорвал с себя маску. — Ты, подлая сука! Сейчас, сейчас ты запоешь по-другому! Эх, надо было первым делом вырвать этой твари язык! Дайте, дайте мне факел! Ага-а-а! Езус! Эпона! Цернунн! Возьмите к себе эту гордячку, последнюю из проклятого рода властелинов мандубиев!

Позади послышался шорох — вернулись с докладом разведчики.

— Часовых всего двое, — шепотом сообщил Карвек. — Но я видел там странную штуку.

— Что еще за штука? — быстро переспросил Амбриконум.

— Такая, похожая на тонкое копье или тележную ось на двух ножках.

— Ось на ножках? — нахмурился Беторикс, не понимая, что это может быть.

Жрец мерзко захохотал, схватил ярко горящий факел и поднес к клетке… Милый обычай друидов — сжигать в таких клетках живых людей, в лучшем случае предварительно перерезав горло. Любили кровушку кельтские боги, без человеческой жертвы ни одно важное дело не начиналось.

Ну, держитесь! Выхватив из-за пояса пистолет, Беторикс снял его с предохранителя, прицелился, плавно потянув спусковой крючок… Уж с пистолетом Макарова Виталий обращаться умел — все-таки офицер, лейтенант запаса. Хоть и был он всего лишь на сборах, а не на срочной, не все еще позабыл.

Бабах!!! В замкнутом пространстве пещеры выстрел прозвучал, будто залп всех орудий «Авроры», оглушительное эхо раскатилось по подземелью.

Схватившись за грудь, друид выронил в воду факел и повалился навзничь.

— Каркит! — тут же воскликнул кто-то из жрецов. — Не медли! Эй…

Он обращался явно к тому, кто укрылся на карнизе слева. Та штука, ось на ножках… «Господи, да неужели это…» — вдруг осенила Виталия ужасная мысль. Сейчас ведь оттуда, сверху… как куропаток!

— В воду! — беспорядочно паля в жрецов, заорал Тевтонский Лев. — Все в воду, живо!

— Слышали? — мгновенно среагировал десятник. — Все в воду!

И тотчас же откуда-то сверху послышалась гулкая пулеметная очередь! Высекая искры, застучали по камням пули.

Откуда у них пулемет? А оттуда же, откуда и «Макаров», и гранатомет. Похоже, Васюкин и компания ставили не на одного аспиранта. Да, ведь тот участковый лейтенант выспрашивал про какой-то немецкий пулемет, с войны, мол… Уж не он ли? А если за пулеметом находится тоже современный человек, то с ним, скорее всего, можно договориться!