Книга Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники, страница 382 – Андрей Посняков

Веселье лилось через край, как и пиво, и, хотя участников празднества, по большому-то счету насчитывалось не так уж и много, всего-то человек шестьдесят, включая детишек, шума они производили столько, что обзавидовался бы любой ди-джей.

Орали, пели, били в барабаны и бубны, кто-то даже колокольчики притащил – дзинь-дзинь! – веселись душа!

И вдруг – резко – все оборвалось.

Дзинь-дзинь… дзинь…

Не закончив трапезы, старосты поспешно выскочили из-за стола. Что-то – или кого-то – увидели?

Вот именно – кого-то!

Повернув голову, Беторикс окинул внимательным взглядом выехавших из леса всадников – небольшой, в пару десятков человек, отряд во главе с длинным, словно жердь, типом, ноги которого едва не волочились по земле, хотя лошадь под сей жердиной вовсе не выглядела низкорослой. Увесистая шейная гривна – золотая, судя по блеску – ярко-зеленый плащ, заколотый на груди украшенной самоцветами фибулой, узорчатый пояс, перевязь с длинным мечом, грива зачесанных назад волос, – все говорило об аристократическом происхождении длинноногого. Ну, а кто иной мог вдруг объявиться здесь в сопровождении верной дружины?

— Приветствуем тебя, о, благороднейший Нетубад из славного рода Рыжей Лисицы! – подбежав ближе, разом поклонились старосты. – Будь нашим гостем – высокая для нас честь.

— А вот для меня нет никакой чести сидеть за одним столом с простонародьем! – сплюнул через губу незваный гость. – Наоборот – только урон.

Благороднейший Нетубад явно насмехался, видно было, что его здесь боялись – веселье сразу же прекратилось, мужчины хмуро посматривали на ощетинившихся копьями воинов, женщины и дети попятились к хижинам.

— Не надо, не прячьтесь, – натянув поводья, аристократ громко захохотал. – Эй, вергобрет, а ну, выстрой-ка мне на этой полянке всех ваших девок, да покрасивей, помоложе! Ну, что глаза выпятил? А ну, живо давай!

Старосты растерянно переглянулись.

— А вы что смотрите, мужичье? – продолжал издеваться Нетубад. – Поворотите-ка ваши косматые головы, видите – что там за заря?

Крестьяне подняли головы, как по команде, и тревожный шепот зашелестел в толпе, словно загипнотизированной удавом.

— Что-то горит, благороднейший? – пригладив седую бороду, озабоченно спросил вергобрет.

— Это горит ваше пшеничное поле, – под смех своих воинов, любезно пояснил аристократ.

— Так надо бежать, тушить!

Благороднейший Нетубад лениво поднял руку:

— Не надо никуда бежать, только попробуйте! Это я его поджег, вернее – мои люди. Чтоб вы были сговорчивей и знали, кто истинный хозяин всех этих мест. Вовсе не ваш благородный господин Кельгиор! Где он сейчас, а? Где его воины? Мои – вот они, кто-то здесь, со мной, а кое-кто в лесу, ждут сигнала… У вас ведь не одно поле, верно? Стоит мне затрубить в рог, и вспыхнут все ваши поля, а скот на пастбищах будет вырезан! Затрубить? – всадник угрожающе приставил к губам оправленный в серебро рог.

Вергобрет упал на колени, целуя копыта вельможного коня:

— О, нет, нет, благороднейший! Только не это.

— Тогда будьте сговорчивей, мужичье! Я просил выстроить девок… где они?

Старосты и простые общинники опустили головы… Седенький вергобрет, поднявшись на ноги, тихонько распорядился…

Обреченно опустив головы, девчонки выстроились шеренгою у костров, вдоль растущих на опушке деревьев.