Книга Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники, страница 239 – Андрей Посняков

— Как смеешь ты, недостойнейший, порочить доброе имя благороднейшего человека? – Кари негодующе вскинул голову. – Да я тебя…

— Господин, они меня убьют и без твоей помощи, потому что рано или поздно поймают, а я слишком много знаю… и о смерти друида Ардония, и о знатной даме, что приезжала к нему но, увы, опоздала…

Услыхав такие слова, молодой человек сразу же насторожился:

— Постой-ка! О ком это ты говоришь?

Вместо ответа беглец поднял вверх указательный палец:

— Слышишь, господин, – голоса! Скорее, уходим. Клянусь, я расскажу тебе все.

— Хорошо, – кратко кивнул Кариоликс.

Его любопытство на этот раз оказалось сильнее долга. Да и о каком долге можно было бы говорить? Кто такие для юноши благороднейший Аркалис и его люди? Да никто! Чужаки из другого племени. И беглец – чужак. Так что, абсолютно все равно, кому сейчас помогать – тем или этому.

— Беги в ельник и жди меня там, – выйдя на улицу, негромко бросил Кари. – Там уже все обыскали, вряд ли пойдут еще раз.

— Так и сделаю. И ты не задерживайся, господин. Иначе они тебя…

— Ладно! Все это я уже слышал.

Мальчишка тотчас же юркнул в ельник, а Кариоликс, немного выждав, направился навстречу показавшимся из леса амбактам и барду.

— Не видал нашего господина, о, благороднейший?

— Похоже, он еще не возвращался.

— Значит, точно – пошел к римской дороге. И мы сейчас двинем к ней, только с другой стороны, от луга. Вдруг святотатец бросится туда?

— Правильно сделаете, парни! – поощрительно улыбнулся гость. – А я пойду к лесу, еще раз все хорошенько проверю.

— Не забудь, господин, мы все ждем тебя на пир в нашем селении, оно тут недалеко, по пути к Бибракте.

Не забуду, не забуду, – уходя, подумал про себя юноша, снова терзаемый одной мыслью – правильно ли он сейчас поступает, встав на сторону беглеца – незнакомого, но явно наглого парня – гнусного святотатца! Впрочем, очень может быть, что его просто вынудили таким стать. Ладно, раз уж принял решение – негоже отступать, слово благородного человека – нерушимо, даже данное простолюдину.

Проводив взглядом удалившихся воинов, молодой человек весело помахал рукой внезапно обернувшемуся жрецу и быстро зашагал к лесу, где и свернул на знакомую тропку, почти сразу услыхав за спиною знакомое:

— Господин!

— Иди за мной, – не оборачиваясь, промолвил Кариоликс. – Или, лучше – впереди, коли знаешь дорогу.

— Ее мало кто знает, – мальчишка охотно забежал вперед.

— Но я-то – прошел!

— С той стороны сразу видно гать, а здесь… здесь ее еще поискать придется.

Некоторое время путники шагали молча, и Кариоликс, пользуясь случаем, пристально рассматривал своего юного спутника. Лет четырнадцать или около того, спутанные русые волосы, светлые глаза, смешной, усыпанный веснушками, нос – обычный галльский парнишка. Мешковатые браки, шерстяная, разорванная на правом плече туника, старые, сто раз перечиненные римские кальцеи… интересно, где он их взял? Украл, наверное… с такого станется.

Миновав ракитник, мальчишка обернулся у барбарисовых кустов:

— Сюда, господин. Теперь иди точно за мной и внимательно смотри под ноги – трясина!

— Вижу, что трясина, – хмыкнул молодой человек. – Я ведь здесь и шел.

— Все равно, надо вырубить слеги – гать-то старая и едва видна.

— Вырубим. Тебя как звать-то?