Книга Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники, страница 199 – Андрей Посняков

— А-а-а…

— А если у тебя не получится – будешь казнен, как вражеский соглядатай! – Сульпиций жестко ухмыльнулся и сдвинул брови. – Видишь, я с тобой откровенен.

Молодой человек зябко повел плечом:

— Что ж, придется согласиться на твои условия, господин.

— Вот не надо строить из себя овечку! – прищурившись, хохотнул Сульпиций. – Ты ведь тоже неплохо заработаешь на этом дельце, а?

Кто бы говорил, – опустив глаза, подумал про себя Беторикс. В общем-то, пока все шло так, как надо… кроме одного – эта вот вывозка леса, поиск юриста… все нужно было как-то задвинуть, причем – побыстрее. И столь же быстро уносить ноги – ведь все, что нужно, разведчики уже узнали. Теперь бы вернуться, доложить… А вот с этим могли возникнуть проблемы! И, прежде всего, нужно было вызволить своих амбактов – Виталий все же привык отвечать за зависимых от него людей, а как же иначе!

— Очень рад нашей встрече, господин Сульпиций, Без тебя бы, наверное, ничего у меня не сладилось.

— Да уж вряд ли! – Сульпиций поднялся со складного креслица. – Там с тобой парень.

— Да, мой слуга.

— Вот он и поведет моих людей за лесом. Ты же пока будешь действовать здесь.

Беторикс задержался у выхода:

— Осмелюсь тебя попросить, господин. Я бы послал своего человечка, предупредить остальных – чтоб спокойно ждали. Они там, в лесочке.

— Знаю я, где они, – махнул рукой Сульпиций. – Тессарий доложил. А посылать к ним никого не надо. Туда сейчас отправляется смена. Они и передадут.

— Понял тебя, господин. Могу я приступить к написанию бумаг на лес?

— Идем. Все необходимое получишь на складе. Его начальник – мой человек.

— Могу я взять с собой слугу?

— Бери. Но имей в виду, за вами обоими будут присматривать.

— Кстати, а кому мне сказать о слугах?

— Я покажу, кому.

Минут через пять молодой человек уютно расположился в тени большой складской палатки, за раскладным столиком, на котором стояла небольшая чернильница из яшмы, а рядом лежали листы папируса и каламус – палочка для письма.

«Антибию – Тит Манлий» – подумав, вывел Беторикс. И дальше приписал только одно слово – «Отпусти». И нарисовал оскаленную волчью морду. Ну, как же – тессарий-то – Волк – Лупус!

А затем подошел к тому легионеру, что командовал новой караульной сменой – они как раз собирались уходить.

— Господин Марк Сульпиций сказал…

— Да-да, я знаю, – вежливо наклонил голову легионер. – Так что передать?

— Передай, что со слугами я встречусь потом на вилле. Они знают. И… чуть было не забыл – вот еще. Я тессария попросил написать, чтоб мало ли… Он такой, коренастый…

— А, Тит Манлий.

— Да-да, именно он, – улыбаясь, Виталий протянул свернутую в трубочку записку. – Вот.

— Ладно, – небрежно сунув записку за пояс, легионер обернулся к воинам и махнул рукой. – Пошли, ребята.

С запиской, конечно, молодой человек рисковал, да только тут уж ничего другого не оставалось делать – угодивших в плен амбактов надо было выручать.

Мечи и все прочее оружие у задержанных, естественно, отобрали еще в перелеске. Тит Манлий Лупус и отобрал, однако, несмотря на это, Сульпиций приставил к Беториксу двух дюжих воинов, вооруженных короткими мечами – гладиусами – и дротиками-пилумами, кои верзилы гордо несли на плечах. Перестраховался центурион – понимал, с гладиатором, даже бывшим, связываться опасно, даже у легионеров против опытного циркового бойца слишком мало шансов. Солдат ведь учили держать строй, действовать вместе, а гладиатор все же индивидуальный боец, причем – очень высокого класса.