Онлайн книга «Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах»
|
Варяг с сермяжником тоже сошлись поближе. Хельги тому не препятствовал, искоса посматривая на фальшивых послухов. Кивнул Ярилу: — Обязательно разберись с этими. — Давно уже разбираюсь, княже, – шепотом отозвался тот. – Скользкий народ – спасу нет. Ничего, прищучим. — Вот-вот, прищучь… Что там такое? Истец с ответчиком, подбежав к княжескому помосту, разом пали на колени и заявили, что не имеют друг к другу никаких претензий. — Чего ж вы суду голову морочили? – грозно прикрикнул князь. — Не вели казнить, князюшко! – заканючили оба. – Разные бывают обстоятельства, вот и у нас… — Я вам дам «обстоятельства». – Стараясь сдержать смех, Хельги повысил голос. – С обоих вира в пользу суда… ладно, пес с вами, – полувирие. Но чтоб уплатили оба честно, я сам лично проверю, и уж ежели что узрю худое… — Уплатим, уплатим, княже! Покончив с сутягами, рассмотрели дело о бежавших холопах, потом о не сумевшем вовремя выплатить долг закупе, а под конец дня перешли к кражам. Народу заметно поубавилось – жара. Над княжьим помостом хоть и имелся навес, однако и там было жарко, и вся «судейская коллегия» потела немилосердно. — Так… – Обмахивая рукой истекающее потом лицо, Ярил огласил следующее дело – иск ромейского купца Георгия Навкратора к торговцу скотом Поздею Кулаку о краже пары волов с повозкой. — «А иже кто крадет либо конь, либо волов, или клеть, да ежели один крал, то гривну и тринадесять резан платити ему», – на память прочитал князь. За воровство сумма набегала немаленькая, по стоимости равная десятку баранов. Хотя что это за сумма для того же ромея? Так, слезки. Чего ж судится? Волов жалко? Князь обернулся к судьям. — Выслушаем жалобщика. Все согласно кивнули. Жалобщик, ромейский гость, осанистый чернобородый мужчина с каким-то пустым взором, подошел к помосту, поклонился и, медленно сняв с себя заплечный мешок, нагнулся… и, резко выхватив оттуда небольшой охотничий лук, с торжествующей усмешкой выпустил одну за другой три стрелы, поразившие князя в грудь. Страшно хохоча, ромей выпустил бы еще – да был схвачен стражей, вырвался – силен – и, выхватив из-за голенища сапога нож, с непонятной радостью вонзил его себе в сердце. — Что ж вы, – посетовал на стражников Хельги, поднимаясь на ноги. Хоть и крепки были железные пластинки, ночью пришитые под кафтан Сельмой, а все ж и они не спасли от мощной ударной силы боевых стрел. Князя отбросило, словно тростинку дуновением шквала. А что было бы, не будь под кафтаном пластин? — А ты был прав, Яриле. – Усевшись в кресло, Хельги невозмутимо улыбнулся. – Этот ромейский гость действительно странный. С чего бы ему вдруг захотелось меня убить ценою собственной жизни? — Пока не ведаю, князь, – честно признался тиун и добавил уже чуть тише: – Думаю, он не последний… Во дворе пришедший в себя народ радостно славил чудесно спасшегося князя. Глава 4 Лекарь из Фессалоник Среди социальных задач нет более важной, чем забота о здоровье… Известно, что уровень работы некоторых медицинских учреждений, к сожалению, все еще вызывает справедливые нарекания… Лето 873 г. Киев Маленькая Радогоста сгорала в жару, глаза ее – большие, синие – были широко распахнуты, лоб покрылся крупными каплями пота, изо рта вырывались жалобные стоны. Неужто огнеманка? Страшная болезнь, от которой нет спасения. Нет, Хельги не хотелось в это верить. Сельма не отходила от дочери, поила отварами трав – помогало плохо. Девочка металась в бреду, сердце ее, казалось, выскакивало из груди. Радогоста была любимицей, младшей… |