Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 318 – Андрей Посняков

— Крис.

— Красивое имя. Крис Кристоферсон, Крис Норман, Крис Ри, Крис Айзек, Крис де Бург… Много всяких Крисов. Я – Мерилин.

— Монро? – Юноша наконец улыбнулся.

— Можешь и так называть. – Мерилин потянулась, как кошка, втянула живот так, чтобы джинсы съехали вниз, насколько возможно, чтобы было ясно видно – никакого белья под ними нет. Парень, похоже, это отметил.

— Чернику вчера собирала, – призналась девушка. – Спина болит, думала, утром не разогнусь. Кто бы массаж сделал? – Она призывно облизала губы. Ну, уж если и этот сигнал непонятен, то что вообще сегодня случилось с мужским полом?

Нет, слава святому Патрику, сигнал поняли.

— Давай я сделаю, – тут же предложил Крис. – Ложись во-он сюда, на край оврага.

— Сюда? – Мерилин недоверчиво взглянула на глинистую почву. – Я думала, мы пойдем в лес, на лужайку, там такая мягкая травка…

— И полно комаров и мух. – Юноша усмехнулся. – Да ложись, тут чисто… Можешь подстелить свою же рубашку. Раздевайся, я отвернусь.

«Мог бы и не отворачиваться», – снимая рубашку, подумала Мерилин. Хотела скинуть и джинсы, да решила, что так будет уж слишком навязчиво. Ладно, пусть он сам помучается, порастегивает застежки, глядишь, быстрей созреет.

— Ну, что же ты?

Ага… Мерилин наконец-то почувствовала, как руки Криса начали торопливо – слишком торопливо! – гладить ее спину, поясницу, шею… Ага, вот уже подобрались к животу, прошлись по груди… залезли в джинсы… Ну, что ж он медлит?

Мерилин застонала:

— Снимай, снимай же…

— Сейчас, сейчас… – тихо прошептал Кристиан. Поднявшись, он осмотрелся, проворно юркнул в кусты и вытащил оттуда увесистый булыжник. Вот прямо сюда, под эти рыжие волосы… А не смягчат ли они удар? Нет, не должны, удар будет силен. А потом тело в овраг – сама упала, случаи бывали. Не забыть только про кровь… А может, может, сначала ее… Нет, слишком опасно! Могут появиться люди. Ну, а пока, раз нет никого… Самое время. Кристиан поднял над головою камень.

— О великий Кром Кройх!

Вечер выдался такой же, как и день, светлый и тихий. Заходящее солнце золотило вершины гор, покрытые синим еловым лесом, отражалось в стеклах домов, яркими лучиками блестело на шпиле старинной кирхи. В парках, на улицах, во дворах играли дети, молниями проносились на велосипедах подростки, у пруда туристы кормили булками уток. И над всем этим нависали синие воды фьорда – Радужного залива, как его прозвали в глубокой древности. Хороший был вечер, спокойный. Только вот инспектор Ньерд Плеске не знал покоя, не было к тому оснований. Скорее наоборот. Хотя, казалось бы… Первый труп – а сейчас вот-вот и второй – он давно уже списал в дело, комиссар подтвердил, не глядя и не особо вникая. Да и чего там вникать-то? В первом случае – дорожная авария, во втором – типичный несчастный случай. Нечего по краю оврага прогуливаться, эвон, овражище-то, на дне хоть трехэтажный дом ставь – до краев не достанет. Давно уже говорили муниципалитету про ограждения, так ведь пока ленивый гном не свистнет… Только теперь обещали поставить. Это после третьего случая за четыре последних года. Сейчас вот подшить в дело заключение патологоанатома, и все – можно смело списывать. Правда, что-то невесело было инспектору, словно бы пропустил он что-то важное, что-то такое, без чего оба случая нельзя считать до конца расследованными. Возникало, возникало у инспектора такое чувство, как вот его только назвать. Интуиция, что ли? Одно не давало покоя: у первого (дорожного) трупа обнаружен след укола в вену. Странный, очень странный след. И похоже, сделан уже после смерти. Ньерд сразу после аварии опросил очевидцев… вернее, каких там очевидцев? Само-то ДТП никто и не видел, так, просто запомнили на концерте погибшую девчонку. Жаль ее, в приюте говорят, неплохая была, добрая и веселая. И на наркоманку совсем не похожа. Но ведь укол, укол… И – точно ли после смерти? Нелепость какая-то.