Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 17 – Андрей Посняков

— Я воин. Банька будет в Ладоге. Когда придем…

Попрощавшись, он вошел в избу, хотя так и подмывало спросить сейчас Келагаста об усадьбе старика Конди. Знает ли староста, что там произошло? Любопытно было бы услышать ответ… Только не сейчас, позже. Сейчас было еще не время…

— Как там наши? – усевшись на лавку рядом со Снорри, поинтересовался ярл. Потрескивая, горел в железном поставце светец-лучина, шипя, падали в подставленную кадку красные искры, и тусклое желтое пламя отбрасывало на стены черные дрожащие тени. Одна походила на скачущего коня, другая – на меч, третья… третья вообще ни на что не походила… быть может, немного на стрелу… Самолет – возникло вдруг в мозгу непонятное чужое слово, возникло и растаяло, словно дым очага в низком ночном небе.

— Наши скоро должны вернуться, – улыбнувшись, шепотом ответил Снорри. – Трофим Онуча уже беседует с людьми бонда в бане, а Жердяй… Жердяй должен познакомиться с девами.

— Подождем, – Хельги кивнул, прислушиваясь к ровному дыханию спящих воинов, в любой момент готовых к кровавой сече.

Ждать пришлось недолго. Первым явился Трофим Онуча. Тщательно обмел веником снег с постолов, довольно почмокал губами и, стараясь не разбудить спящих, направился к ярлу.

— Не были они у Конди, – покачал головой он. – Мужики говорят, давно уж в те края не захаживали. Совсем в другую сторону на охоту ходили, к Куневичским погостам ближе.

Ничего не ответил ярл, лишь, отпустив Трофима, переглянулся со Снорри. Тот хотел было что-то сказать, да Хельги не дал, перебил:

— Теперь подождем Жердяя.

А Жердяй, оказывается, нашел себе зазнобу! Черноглазую краснощекую деву, чуть полноватую, но вполне приятственную вдовицу.

— Попарься подольше, – заглянув в баню, намекнула она. – Потом жди.

Вот Жердяй и ждал, напарившись да покатавшись в снегу вместе с прочим обозным людом. А в крайней избе его возвращения терпеливо ждали ярл и Снорри.

Вдовица пришла с двумя кадками и метелкой – убраться в баньке. Убралась… Да так, что Жердяй ушел оттуда едва живой… Но в полном – в полнейшем! – восторге. И долго еще вспоминал потом ее жаркие ласки…

Вошел в избу, блаженно улыбаясь.

— Ну? – накинулся на него Снорри.

Парень махнул рукой. В перерывах между ласками вдовица поведала про мужиков то же самое: не ходили они к Конди – далек путь, ходили близехонько, на охоту, затемно вернулись.

— Это хорошо, что затемно, – прошептал ярл, подстилая под себя плащ.

Утро выдалось солнечное, веселое. Солнце еще не взошло, но вершины обступающих усадьбу сосен уже окрасились ярким прозрачно-золотистым светом. Морозило, но было ясно, что день будет теплым.

— Ну, в добрый путь, – провожая, сказал Келагаст. – Ждать через год?

Хельги лишь усмехнулся. А как же?

— У тебя нет больше соперника на озерах, – задержавшись и провожая взглядом спускавшийся под гору обоз, неожиданно произнес он.

— На каких озерах? – озадаченно переспросил весянин.

— Тех, что близ болота Чистый Мох, – пояснил ярл. – Старик Конди и все его люди убиты, убиты страшно.

— Что?! – Келагаст удивленно открыл рот. – Кто?

— Мы застали их уже мертвыми. Погребли, как сумели… Курган надо бы повыше насыпать, иначе доберется зверье.

— Засыплем… – задумчиво пообещал весянин. – Значит, снова объявились колбеги. Если… если… – Он вдруг пристально взглянул на ярла, настолько пристально, что тот, не выдержав, рассмеялся. Покачал головой: