Онлайн книга «Щит на вратах»
|
Наскоро перекусив — он вовсе не был голоден, — Копытная Лужа подозрительно воззрился на Филофея. — Говоришь, нет новеньких? А кого не так давно доставили Евтихий с Харитоном? — Но ведь его нельзя трогать, ты знаешь! — Нельзя-то нельзя… а мы тронем, — хрипло засмеялся варяг. Честно говоря, ему давно надоели прежние мальчики, квелые какие-то были, нерадостные. — Ничего! Если что, вали все на меня. Больше не обращая внимания на Филофея, Лейв быстро поднялся на второй этаж, отбросил засов… Вскочив с ложа, недоуменно воззрился на него новенький отрок. Варяг озадаченно обернулся на поднимавшегося следом за ним Филофея — невольник казался слишком уж своенравным и мускулистым. Осторожный Лейв отступил назад и быстро захлопнул дверь. — Он что у вас, не закован? — А зачем? — беспечно отмахнулся Мамона. — Отсюда и взрослому-то не убежать, тем более нашим отрокам. — Это не обычный отрок, — упрямо покачал головой варяг. — У него глаза воина, не раба. Правая рука развита чуть больше, на левом запястье — потертость. Не догадываешься, от чего? — Нет. — От ремней щита, дурень! А правой рукой он привык держать меч или секиру. Вы купили волка! Или, дело еще хуже, вам его подставили! — Что ты, господин Лейв? — испуганно замахал руками Мамона. — Кому есть дело до нашего заведения? — А куда делся Истома? И про побег ты забыл? Неужто не осталось кому отомстить? — Лейв зло сплюнул прямо на лестницу. — Заковать! Заковать немедленно, — тут же распорядился он. — Я пришлю кузнеца… И зайду завтра. Хищно улыбаясь, варяг спустился вниз. — А вот завтра мы с ним и пообщаемся. Внизу, во дворе, заржал конь. Ждан прислушался, тихо подошел к двери, дернул — вдруг забыли задвинуть засов? Нет, не забыли. Да и зачем уходить раньше времени, так ничего и не вызнав? Филофей постоял во дворе, провожая задумчивым взглядом ускакавшего варяга. Лучше бы, конечно, исполнить поручение самому, не дожидаясь присланного кузнеца — когда еще тот придет, да и пускать в заведение чужого человека, пусть даже и присланного Лейвом, было бы непростительной дуростью, хватит и сбежавших стражников. Да и отрок в самом деле оказался засланным — не зря же он кому-то подавал тайный сигнал. Кому? Впрочем, умудренный жизненным опытом Мамона не стал докладывать об этом Лейву, пусть уж лучше сам догадывается, а то, неровен час, кто крайним будет? Он, Филофей, да еще Евтихий с Харитоном — почему вовремя не обнаружили подставу? Нет уж, в данном случае лучше действовать самим. Филофей поскреб бороду — был у него на примете один подмастерье… И сон-трава в запасе была, не без этого. Не дай бог, раб еще вырываться начнет, увидев цепи, покалечит кого или сам покалечится, как его потом такого в жертву по… Мамона чуть не плюнул. Так и хотелось сказать — поганым идолищам. Впрочем, похоже, сам базилевс тайно поворачивался лицом к кровавым языческим божествам, по крайней мере, именно такое впечатление складывалось у Филофея в последнее время. Подмастерье — хромоногий, вечно обозленный на весь мир Нарцесс, тоже любитель особых любовных утех, чужих здесь не привечали — заявился ближе к ночи, привез с собой на тележке переносную наковаленку, горн, уголь, вместо приветствия лишь буркнул угрюмо: — Ну, кого заковать? — Идем. — Филофей похлопал его по плечу. — Закуешь, потом выспросим кое-что… |