Книга Зов Чернобога, страница 130 – Андрей Посняков

— Может, когда и выберем, — тихо отозвался кузнец. — Только вот боятся его люди. Запугал вконец. Не только он, еще и пирозерский волхв Ажлак. Вот уж тварь, так тварь! — Кузнец сжал кулаки и сплюнул.

— Что же ты делал в болоте, искал руду? — не отставала девушка. — Не очень-то близко от родных мест.

— Так уж случилось. — Кузнец развел руками. По всему видно было — он очень силен, и Твор с Ладиславой не раз уже опасливо переглянулись — наверное, лучше было б оставить кузнеца в трясине. Тот, похоже, догадался, о чем думают спасители, и широко улыбнулся: — Вы меня не бойтесь, клянусь озерными духами, я не причиню вам зла!

— Да мы и не боимся, с чего ты взял? — пожала плечами девушка. — Наше селенье рядом.

— Ага, рядом. — Спасенный неожиданно расхохотался. — Тут рядом нет ничего, кроме заброшенной усадьбы старика Конди, давно убитого родича Дивьяна — охотника… Да там, за холмами и болотами, — кузнец махнул рукою на север, — селенье Хундола, а рядом когда-то жили «люди креста».

При этих словах Ладислава насторожилась.

— Что значит — «когда-то жили»?

— А то и значит. — Кузнец потемнел ликом— «Люди креста» убили мою дочь, а я из тех, кто не прощает обид. Жаль только, я припозднился, и воины Келагаста все сделали без меня. Правда, самого главного там не оказалось — улетела птичка! Ну, да кузнец Рауд не дурень — знает, куда он ушел. Ничего, недолго уж ходить ему по нашей земле.

— «Люди креста» убили твою дочь?! — ахнув, переспросила девушка. Потом выпрямилась, будто что-то припоминая, и присела напротив спасенного. — А ты сам видал, как ее убивали, дядюшка Рауд?

— Нет, — мотнул головой кузнец. — Да чего мне и видеть. Вот что нашли люди около ее тела! — Сунув руку за пазуху, он вытащил оттуда маленький серебряный крестик.

— Однако. — Ладислава недоверчиво покачала головой. — Их бог не разрешает убивать.

— Но убили же!

Девушка набрала в грудь побольше воздуха и, резко выдохнув, решительно заявила:

— Вот что, дядюшка. Расскажу я тебе кое-что, что сама видала. А уж ты дальше сам думай…

И Ладислава поведала кузнецу о том, что видела у наволоцкого берега. Обо всем рассказала. О юной девушке и белобрысом красивом парне, которые прогуливались по тропе под деревьями, и о двух людях, что немного погодя швырнули в кусты мертвое девичье тело.

— И вот тот крючконосый вложил ей в мертвую руку что-то блестящее, плохо было видно что.

— Крючконосый?

— Ну да, — кивнула Ладислава. — Лысый, с пегой бородою. Сам такой весь мерзкий, противный, низенький. Но жилистый, сильный… И руки такие — словно оглобли.

— Ажлак! — выдохнул Рауд. — Ажлак — волхв. Второй — тот сам староста, Келагаст, а белобрысый парень — Келагастов сынок Хянди — «волчонок». Тварь, каких мало. Ну, дева, коли не соврала ты…

— Дай нож, Твор. — Сверкнув глазами, Ладислава, не глядя, протянула отроку руку. Схватив нож, провела по ладони, и на сырую траву упали капли дымящейся крови.

— Клянусь Велесом-богом, Ящером, клянусь Мокошью, клянусь озерными духами, если соврала я, то пусть утащит меня под землю злобная Корвала-ведьма!

Кузнец отпрянул — слишком уж страшной была клятва. Твор с треском рванул рубаху — перевязать ладонь девушки. Та отстранила отрока, пристально вглядываясь в лицо кузнеца.

— Ну, теперь веришь мне, Рауд?