Онлайн книга «Властелин Руси»
|
— Так ты облакогонитель? — взглянув посланцу в глаза, еще раз повторил свой вопрос друид. Парень вздрогнул и снова повалился на колени: — Не погуби, отец родной, обманул я Вельведа, облакогонителем назвавшись, почета вельми хотел да власти. Чародей я, не облакогонитель, с чарой все что угодно сотворю, особливо ежели отвар какой изготовить, да и заклятья чаровные ведаю… — Значит, чаровник… — задумчиво протянул Дирмунд. — Слушай меня, чаровник! Вернешься немедля в Киев, к Вельведу, скажешь, чтоб следил за прибывшим князем, глаз не отрывая! — Скажу, повелитель! — И главное, пусть сей же день пришлет мне волхва помоложе: обязательно из облакогонителей, не чаровника, не хранильника, не кобника, только облакогонителя. Найдется у него такой? — Да есть один. — Волхв посветлел лицом. — Даже двое: один — Колимог, старый, другой совсем молодой, Велимор. — Старый мне не нужен, а вот молодой… Надеюсь, он не жирен и в ногах быстр? — Не жирен, повелитель! И быстр. — Тогда ступай, — милостиво кивнул друид. — Надеюсь, ты все запомнил? Посланец кивнул. — И пусть Вельвед не затягивает с девами. Скоро, чай, понадобятся! — Выпроводив молодого волхва, Дирмунд сверкнул глазами и глухо рассмеялся. Ярил Зевота целый день шатался по пристани, высмотрел, конечно, знакомого — самого князя Хельги, да не подойти было — не тот случай. Ярл все с Аскольдом-князем толковал, так, вместе, одвуконь, и поскакали на Гору, в Детинец, не удалось подойти, да и дружина вокруг опять же. А надо было подойти — на строительство задуманной заимки — да что там заимки, двора постоялого! — требовались немалые средства, а их пока не было. Даже у взятого в подельники Порубора — тоже. Не так уж и много зарабатывал он на охотах. На жизнь, конечно, хватало, на одежку красивую, но на усадьбу — вряд ли. Вот бы на Царьград с дружиной пойти! Да, риск — зато и златом-серебром к осени вполне разжиться можно. Только не в киевскую дружину пойти — много там врагов-недоброжелателей, да хоть тот же Дирмунд-князь, вот уж с кем не хотелось бы встречаться — а в дружину северную, новгородскую, что прибыла с Хельги-ярлом. Ну, или в молодшую, к Снорри. Вот и бегал Ярил у пристани, шатался, да, похоже, зря все! Прибывшие разбили шатры прямо на берегу, у ладей, видно, опасались чего-то, иль просто не предоставил им покоев в Киеве Аскольд-князь, блюдя спокойствие горожан. Даже приказал окружить пристань хорошо вооруженной стражей — чтоб к чужим никого не пропускали. Вот и бегал Зевота, шарился — звенело б в калите серебришко, уж всяко, знал бы, как подойти. Хорошо б и Вятшу с собой прихватить, а то совсем извелся парень после гибели девчонки своей, Лобзи, почернел лицом, даже кинулся было поджигать усадьбу Любомиры — еле отговорили. Любомира-то тут при чем? Не она ж Лобзю принесла в жертву. Мечислав-людин? И он вряд ли. На что ему? Мечислав уж такой пес — без своей выгоды шагу не ступит. — Волхвы ее закрутили, — при первой же встрече высказал мысль Порубор. — Да и не только ее, многих… — Волхвы? — Вятша поначалу не поверил, да и Ярил сомневался. Но вот когда явились с волхвования девы — Любима с Речкой, — тогда уж ясно все стало. Точно — волхвы! И направляет их Дирмунд, кому еще-то? Тут уж ни у Ярила, ни у Вятши, ни даже у Порубора сомнений не было. Встречались ранее с князем, приходилось. Лучше б никогда больше встреч таких не было. |