Книга Ладожский ярл, страница 73 – Андрей Посняков

— Хочешь — твой будет?

— Что делать велишь? — вопросом на вопрос ответил Ярил.

— Сверток я с мостков кину. А ты отнесешь за ворота, к амбарам. Там меня и дождешься. Да, смотри не сбеги, — пригрозил мужик. — Ведаю, с какого ты насада, плохо тебе тогда будет, паря.

— Не пугай, — Ярил прищурился. — Одного обола маловато будет. Медяха-то мелкая. Давай два.

— Окстись, паря! Я эвон, кого другого найду.

— Ищи. — Зевота нарочито небрежно сплюнул. — Только оболы тут все знают, не невидаль.

Бровастый засопел, задумался. Потом махнул рукой:

— Согласен. Только монеты — потом, как сделаешь.

— Ин, ладно…

Как и условились, Ярил дождался свертка — кстати, довольно тяжелого — и, прихватив его, быстро пошел к амбарам, тянувшимся вдоль всей пристани. Возле них толпились уже какие-то люди, ругались, бросая шапки наземь, и о чем-то азартно спорили. Усевшись невдалеке на пригорок, Зевота спрятал сверток под березой и, насвистывая, прислонился к стволу. Красиво было вокруг — ну, может, и не так красиво, как в Киеве, но тоже ничего — холмы, покрытые зеленой травой, желтые одуванчики, бревенчатый кремль с мощными воротами из крепкого, обитого железными полосками дуба, блестевшая на солнце река, а за нею — темная полоса леса, уходившего в бесконечность. Бровастый что-то задерживался, и Ярил осторожно развязал сверток: узорчатая ткань, голубоватые бусы, золотое блюдо. Украл это, что ли, бровастый? Ишь таится… А вот, кстати, и он. Ярил поспешно завязал сверток и, напустив на себя самый беспечный вид, с деланным равнодушием отвернулся в сторону, краем глаза наблюдая, как от пристани к городским воротам поднимаются двое — бровастый и молодой парень — тиун. Ха! Так бровастый-то, похоже, тоже тиун-проверяльщик! Вот откуда у него сверток — не иначе, подарочек от Волимира-купца. Ну, хитер. А этот-то, молодой, простота, так ничего и не прихватил с насада, а ведь Евсил предлагал… Ну, его дело. У амбаров тиуны распрощались. Молодой пошел в город, а бровастый — к амбарам. Заранее еще углядел сидевшего под березой Ярила, ощерился, рассупонил сверток, пересчитал все, потом оглянулся, протянул монеты:

— На.

— Вот, благодарствую, не обманул, — усмехнулся Ярил. — Может, и еще какие порученьица будут?

— Разоришься с тобой, — буркнул бровастый. — Хотя… — Он задумался. — Может, и пригодишься на что. Так сделаем: ты — пока будете торговать — приходи сюда, к березе, через вечер. Понадобишься, я тогда вон ту ветку обломаю, видишь?

Зевота кивнул.

— Вот как такое увидишь, явишься к вечеру в корчму Ермила Кобылы, где найти — спросишь.

Ярил обрадовался:

— Так заработаю, дядько?

— Может быть, — хитро сощурился Огнищанин. — Ишь какой прыткий. Ну, жди, паря… Да на березу не забудь посматривать.

— Уж не забуду.

Проводив взглядом бровастого тиуна, Ярил быстро пошел к насаду — судя по крикам, уже начиналась разгрузка. Кроме насадных, работали и местные артельщики под началом длинного костистого мужика со свалявшейся клочковатой бородой. Бегая по мосткам, мужик деловито распоряжался артельными, успевая громко ругаться с кормщиком и ярыжкой.

— Мать твою за ногу! Да я ж просил сперва тяжелое подавать да сукно! А ты куда бочки тащишь?

— Так тяжелые ж!

— А вдруг протечет какая? Их отдельно поставим, у ворот самых.