Онлайн книга «Первый поход»
|
— Мы-то догадались… — Хельги посмотрел на шулера строгим пронзительным взглядом. — А вот ты теперь догадайся о своей судьбе. Нет, мы не будем тебя топить. Лень тащить до реки. Лучше повесим во-он на том суку. Нравится? — Не очень, — дрожа всем телом, честно признался Ульва. — А раз не очень, так поможешь нам кое в чем. — Ярл упер руки в бока. — Конечно, мы бы и без него справились, — обернулся он к Ирландцу. — Но с ним, думаю, будет не в пример изящней. — О, поистине золотые слова! — Лежащий на земле Ульва часто закивал головой. — Я вам точно пригожусь, господа, вот увидите. — Ладно, уговорил. — Ярл поднес к самым глазам шулера отнятый у Худышки нож: — Ну, смотри, коли чем провинишься… — Понял, — снова кивнул Ульва. — Понял… Не надо больше. — Вечером незаметно проведешь нас в корчму к этому… — Лохматому Теодульфу? — Соображаешь. А еще ты нам поведаешь все и о Теодульфе, и об этой нехорошей девчонке Гите. Особенно о последней. Все, до мельчайших привычек. Как одевается, что пьет, кого любит… Ну, соображай же скорей! Ульва лишь горько посмеялся про себя. Уж если б он сегодня соображал, так не попался бы так глупо. Сейчас-то уже рвать отсюда, похоже, поздно — руки шулера связали за спиной тонким сыромятным ремешком, а — что гораздо хуже — деньги-то, блестящие золотые кружочки, увы, перекочевали к этому чертову ярлу! Ближе к вечеру, когда Магн и Снорри, воспользовавшись лошадьми Ульвы, а вернее — Теодульфа Лохматого, уехали в монастырь святой Агаты, Хельги посмотрел на оранжевый круг заходящего солнца и решил: пора. — Смотри не вздумай хитрить, — обернувшись, предупредил он пленника. — Это, кстати, в твоих интересах. Если все пройдет как надо — получишь свои золотые обратно, клянусь Бальдром! Непонятно, что оказало большее действие на шулера — угрозы или желание не расстаться с деньгами, а только он кивнул и — тоже поклявшись самой страшной клятвой, что никуда не денется, — попросил развязать руки. — Я бы ему не доверял, ярл, — усмехнулся Ирландец, подозрительно разглядывая лисью физиономию Ульвы. Хельги улыбнулся: — А я так и делаю. Если что — он тут же получит в сердце вот этим кинжалом! — Ярл погрозил пленнику выхваченным из-за пояса здоровенным ножищем, не так давно реквизированным у Альстана Ворона. — Да его деньги у нас. Так что, думаю, он сделает все, что я прикажу. Верно… как там тебя? — Ульва, достопочтенный господин. — Ульва… Ну и имечко. Однако, в путь. Веди же нас, Ульва, и помни о смерти и своем золоте! Между тем солнце уже зашло, и длинные тени римских зубчатых стен протянулись по запущенному рву и лугу почти что до самого леса. Быстро темнело, в фиолетовых сумерках было видно, как, двигаясь со стороны пристани, стараются укрыться за городскими стенами маленькие человеческие фигурки — видимо, рыбаки. До корчмы добрались быстро — в общем-то, населенная часть Честера была не столь уж и велика, это когда-то, еще при римлянах, город находился в расцвете, а после нашествия саксов быстро пришел в запустение и напоминал сейчас скорее большую деревню — с обширными огородами, лужайками-пастбищами и даже пашнями. Еще не все могли прожить только лишь ремеслом, в ту эпоху почти все производилось в усадьбах, однако и здесь начиналось уже шествие мастеровых и торговых людей, льющихся ручейком в удобное для торговли и ремесла место. Честер был удобен — перекресток дорог из Мерсии, Нортумбрии, Уэльса, порт и, кроме того, вполне судоходная река Ди. Можно и сырье подвезти — ту же белую глину, кстати, недалеко и добывали, да и руду, и уголь, — и тут же сбыть произведенное заезжему торговцу. Правда, пока работали в основном на заказ, на рынок, свободной продажи почти что и не было, не считая некоторых вполне ценных изделий, которые уж явно не залежатся, типа тех же замков. В общем, народу в городе хватало… Ну, не как в римские времена, раз в пять-шесть поменьше, но и то сотни три как минимум набиралось. Еще не было какой-то упорядоченной городской жизни, не было городского совета, выборов, все это придет позже. Пока же Честер считался находящимся под покровительством то крупного местного землевладельца-лорда, то короля Мерсии — в зависимости от того, кто из них в данный момент времени был сильнее. Впрочем, горожанам — если можно их так назвать, — похоже, было абсолютно все равно, кто владеет городом, король или лорд. Чьи стражники маячат на башнях? Чей флаг там гордо реет? Да какая, в самом-то деле, разница? Лишь бы жить не мешали. |