Онлайн книга «Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж»
|
— Ох, преподобная матушка, не богомаз он! – вздохнув, неожиданно прошептала девчонка. Инокиня недобро вскинула бровь – поясни, мол! — Богомазы разве ж так кисти держат? Видала я прошлолетось Рублева с артелью. Кисть по-особому держат, как птицу – не задушить, не выпустить, а этот… Эва, схватил в кулачище – не-ет… не художник это, а незнамо кто! — Не художник, говоришь… – монахиня призадумалась, высохшее, изборожденное морщинами лицо ее скривилось, словно от зубной боли. – А ну-ка, Глашка, беги живенько, кликни стражу… — Угу! Громче, чем надо бы, воскликнула девка, да, выбегая, дверью потайной хлопнула… Осип тут же обернулся, да, увидев дернувшуюся в полутьме фигуру в монашеской рясе, живенько схватил лук, стрелу… Одну за другой пять штук успел выпустить, да ведь Софья-то тоже не дура, быстро сообразила, что к чему, да за алтарем спряталась – позабыв про сан, прыгнула, аки кошка, словно простоволосая бесстыдница-девка в реку нырнула… А стрелы-то – одна за другой – в алтарь! Ткнулись, задрожали злобно… промедли инокиня хоть миг – словила бы стрелу сердцем… А так – упаслась, спасибо послушнице, Глашке! Понабежали тотчас же стражники, загомонили – вон он, вон, хватайте! Трое зачали стрелы метать, четверо на леса полезли… только злодей-то их дожидаться не стал: расставив, словно канатоходец, руки, пробежал по дощечке к окну, протиснулся, да по веревочке – вниз, да так ловко – ушел бы, как бы не шальная стрела… Попали все ж, стражнички, угодили, да, подбежав, принялись спорить – чья стрела-то? — Моя, моя, я ж последним бил! — А я – первым! — Да ты и с полста шагов в телегу не попадешь, а тута вся сотня! — Я не попаду?! Не, вы слыхали? Лишь десятник, подойдя, хмуро склонился над мертвым телом, перевернул… и непонятливо скривился: — Кончай спорить, ироды. Стрела – из самострела пущена! А у кого из вас самострел? Стражники смущенно переглянулись, и десятник, погрозив кулаком, быстро нашел им дело: — А ну, обыскать здесь все! Сообщника с самострелом ищите, хватайте! Ага… хватайте, как же! Было бы кого хватать. Второй посланец молодой заозерской княгини, Трофим, первым делом выбросил арбалет в пруд, а уж потом выбрался их кусточков, да к церквям, да на площадь красную – так вот, средь богомольцев, и затерялся, ищи теперь! С искаженным от пережитого страха лицом выбралась из-за алтаря инокиня Марфа. Рясу от пыли отряхнув, клобук нахлобучила, поплотней плат черный подвязала, губы сжала – вышла на улицу: неприступна, сурова, не скажешь, что ведь только что, аки чадушка непотребная, прыгала! Завидев мертвого «богомаза», Софья едва сдержалась, чтобы не выругаться, потом, чуть подумав, рукой махнула да перекрестилась, молитву Господу вознеся. Даже поблагодарила стражников: — Жаль, конечно, что живым не взяли… Ну да ладно, хоть так. Слава Богу – не убил, не успел. Вы с чего так быстро явились? Глашка проворно бегает? — Не, матушка, – заулыбался десятник. – Глашку-то мы по пути встретили. К тебе как раз и шли, докладать о гостях новых. — Что за гости? – инокиня вскинула голову. — Двое каких-то… Велели передать – тот, кого просила, их и прислал. — Тот, кого просила? – монахиня покусала губы… и вдруг просияла ликом. – А! Наконец-то явились. Что ж, надо сказать – вовремя! Где они сейчас? |