Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
— Что ж, спрашивайте, шлите гонцов, – прищурив глаза, Темюр-хан развел руками. – Только из Сарая не уходите – Едигей тогда вас опасаться будет, то всем хорошо. — Из Сарая не уйдем, – хмыкнув, заверил Хряжский. – Уж больно тут у тебя, великий хан, весело! — Без Едигея куда веселее будет, – хан опустил кубок на низенький резной столик. – А вы знаете – старый эмир может вдруг захотеть меня убить. Я не баран – и сдаваться не собираюсь. Если вдруг до этого дело дойдет – поможете? А я московскую дань-выход на четверть уменьшу! Тебя, князь Иван, государь твой Василий за то милостями осыплет великими. Князь Хряжский довольно засопел, вполне себе представляя, что так оно все и будет – за четверть-то ордынского выхода! Ох, похвалит князь Василий, пожалует – и волостей подкинет, и шубу со своего плеча, а может, и городишко какой во владение даст? Подумав так, сказал, как выпалил Хряжский: — Ты, великий хан, завсегда на меня рассчитывать можешь! И Горшеня рад бы то же сказать, да ведь нельзя – прав он таких не имеет, языком почем зря молоть. Он ведь сюда послан за молодым ханом да эмиром приглядывать, а не важные решения принимать. Как теперь быть-то? — Все же я посоветуюсь… Много у меня войска не своего, чужого. — А ты, князь, за свое войско скажи! Ой, сказал бы Горшеня, да вот ошибиться боялся. Когда никакой власти нет, так как чего скажешь-то? — Поддержим, – наконец, вымолвил двойник, про себя решив ни в какие заговоры не вмешиваться – так ведь и наказывал князь Егор: наблюдать только да ждать сигнала, гонца… или его самого. Пока и здесь можно посидеть, хотя лучше бы было – у Бельджамена, ну а осенью – вернется князь Егор или нет – все одно идти в Нижний, там зимовать, без хлыновцев – те-то к себе уйдут. — Ну, вот и славненько, – Темюр-хан довольно потер руки. – Пойдемте теперь в залу, друзья, подарки я вам приготовил… да и пир вчерашний можно продолжить… или новый начать. — Опять пить! – сквозь зубы простонал Горшеня. Темюр-хан вдруг проявил к его здоровью самое живейшее участие: — Что, голова болит? Бывает. Есть у меня хорошее средство – корень из далеких земель. Хороший корень, поистине золотой, от всех болезней лечит, а уж от похмелья тем более. Ты, князь Егор, задержись, я тебе сыщу корень… А ты, князь Иван – иди, там уже дастархан ждет-дожидается. А мы сейчас, быстро. Потерев ладони, князь Хряжский вошел в пиршественную залу и, встречаемый поясными поклонами дворцовой челяди, довольно оглядел яства: — Что ж, попируем! Зря князь Егор надумал какими-то дурацкими корешками лечиться – выпил бы лучше чарочку стоялого медку, сразу бы полегчало! Эх, снова по-татарски обедать! Едва князь опустился на кошму, как, откуда ни возьмись, прибежали к нему три красавицы-гурии, ясноглазые, с голыми животами, в шальварах. Она заиграла на лютне, другая негромко запела, третья принялась танцевать. — Ой, девки! – князь Хряжский ущипнул первую попавшуюся деву за талию. – Погибнуть мне, что ль, с вами? Пропасть? Лично достав из ларца какой-то мешочек, Темюр-хан вручил его «князю»: — Бери, мой дорогой друг! И, прошу тебя, не думай, будто я хочу тебя отравить. Горшеня замахал руками: — Да я ничего такого… — Поверь, князь, это куда удобнее было сделать на пиру, – молодой ордынский правитель улыбнулся приятной и несколько загадочной улыбкою и продолжал, сильно понизив голос почти до шепота: – Не хотелось при князя Иване говорить, но… Я готов жаловать тебя, князь Егор, ярлык на Галицкую Соль! |